May 29 2024 22:12:25
Навигация
Последние статьи
· ВПК Аргентины в 1994...
· ГАС или гидроакустич...
· ПКР Penguin Mk 1, Mk...
· Преодоление загражде...
· 1994 - Национальная ...
· Посадка вертолетов В...
· Доставка горючего по...
· РЛС стран НАТО - 198...
· Корабельная РСЗО «Шт...
· Тренировки на выжива...
· Acaua бразильский бе...
· Счетверенный миномет...
· Шведские подводные л...
· Хранение АКБ ноутбуков
· 1919 - Дочь революции
Иерархия статей
Статьи » Искусство » Огонь сердец
Огонь сердец

В. Осинин. Полигон. Роман и повесть. М., «Советский писатель», 1976

Мой знакомый — кадровый офицер — купил эту книгу в подарок сыну, уходившему на воинскую службу.

— Я и сам прочитал «Полигон» с большим интересом, — сказал он. — Правдивая книга, остросовременная, с любовью к армии написанная...

Думается, в одном этом уже есть оценка книги, посвященной людям в погонах, людям фронтового подвига и не менее яркого, значительного для судеб Отечества подвига послевоенных лет. Так что полигон не только строго очерченные границы территории, где испытывается новая техника, — это вся наша армейская жизнь, служба, где и крутые повороты, и схватки противоположных взглядов на характер нынешнего боя, и постоянная готовность «гасить огонь огнем».

Я давно знаю Владимира Осинина — офицера-фронтовика, танкиста, полной мерой изведавшего тяжесть огневых испытаний, читал его ранние книги о войне и армии: «Черное солнце», «Западнее Берлина», «Вторая атака», но образы маршала Хлебникова, подполковника Шорникова, старшего лейтенанта Михалева, с которыми знакомишься в новом романе «Полигон» и повести «Полк прорыва», радуют как заметная художественная удача, шаг вперед.

Чем больше всего привлекает роман «Полигон»? Естественностью развития сюжета, когда все рождаемое пером писателя находится в живом соответствии с логикой событий и поступков, наблюдаемых самим читателем. Ясной и четкой позицией автора, когда словно бы овеществленно видишь, что он любит и против чего борется, что утверждает силой таланта и что отсекает, как мешающее нашему движению и нашему росту.

И маршал Хлебников, дважды Герой Советского Союза, и подполковник Шорников, и друг Шорникова комбат подполковник Степан Чеботарев, и многие другие, в том числе и сержанты, и солдаты, не ведают покоя, ни в чем, ни в малейшей малости, не признают «хаты с краю», им до всего есть дело, во всем они выкладываются сполна — и сердцем, и мыслью, и опытом, опаленным суровостью эпохи. Думы о мире, думы о высокой боеготовности, гарантирующей мир, владеют ими глубоко и ответственно.

— ...Мы — русские люди, — с гордостью произносит маршал. — И не привыкли к тому, чтобы о нас много говорили. Мы привыкли больше делать. В этом характерная черта нашего народа. А без него мы не существуем. Коль мы что-нибудь и значим, то только вместе с ним. И уж если он признает тебя, то недаром. И кто бы ты ни был: маршал или рядовой, — ты должник его вечный! Не дай бог, вознесешь свое имя! Грош тогда тебе цена!

Эти слова — не декларация, не просто красивая фраза, навеянная обстоятельствами. Эти слова пронизывают все существо героя. Маршал Хлебников — один из тех, кому младшие поколения останутся бесконечно признательными навсегда, — так много сделали они, чтобы армия была по-настоящему современной. Одержав победу над гитлеровским фашизмом, они по-прежнему остались на переднем крае, на направлении главного удара, оттачивая военную мысль, осваивая новейшее оружие. Душа Хлебникова кровоточит: в войну погибли его сыновья — летчик Саша и разведчик Валерий. Но остались, выросли, окрепли сыновья однополчан Хлебникова. Часто солдаты удивляются: почему это так пристально смотрит на них маршал? А маршал на них — на солдат и офицеров, подчиненных ему, — перенес свою любовь, предназначавшуюся сыновьям. Как он радуется, видя, что рядом талантливые и надежные ученики, преемники, которым осознанно и бескорыстно отдано все, чем богат сам, все, что впитано от народа, от партии, от родной земли.

Шорников — после Хлебникова — вторая любовь писателя. Вглядываешься в биографию Николая Шорникова и с радостью отмечаешь, как много в нем, молодом, но уже сложившемся офицере родственного и с Хлебниковым, и с генералом Прохоровым — выписанным скупо и в то же время емко, и с политработником Деминым — неистовым коммунистом. Неторопливо, как бы любуясь со стороны, представляет автор его читателю. И в тревогах, переполняющих мысль, и в счастье, когда приходит единственно верное командирское решение, — во всей сложности натуры, олицетворяющей современное советское офицерство. Шорников написал книгу «На танках сквозь атомное облако», не раз участвовал в разработке планов крупных учений, с ним советуются высокие должностные лица, но нигде он не выпячивает себя, не допускает рекламы, оставаясь скромным, работящим.

Вот он на учении, у него инспекционное задание, но это не сторонний наблюдатель, а личность активная, с первых минут включающаяся в общевойсковое напряжение. Вот он, поработав в московском штабе, получает назначение в Среднюю Азию — приезжает в глухое, незнакомое место. Никаких огней. Черное небо упало на черную землю. Но ни в голосе, ни в выражении лица нет и тени уныния. Военная собранность, военное понимание долга, которому присягал. Не успел устроиться — учения. Шорников по приказу маршала, прибывшего на учения, становится во главе полка, уверенно, зрело руководит массой людей и техникой. Его хвалят, ставят в пример, и опять же неподдельное смущение, восприятие похвалы как аванса. Он и будучи отмеченным, знает, сколько впереди забот, усилий, чтобы постоянно держать полк в крепкой боевой форме.

Есть в книге еще один офицерский образ, всего несколько страниц отдано ему, но вы его не забудете. Его забыть нельзя! Я имею в виду лейтенанта Дворникова. С пяти лет сирота. Поднятый на ноги Советской властью, он как бы в благодарность за все доброе, сделанное для него избирает профессию военного — защитника Родины. В тот день, когда Шорников встретился с Дворниковым, рота лейтенанта отбивала танковые атаки «противника».

Шорников залюбовался лейтенантом: он жил боем, рота, как единое существо, чувствовала его волю, его замысел. «Молодец!» — думает подполковник.

Не успел Шорников отойти, как услышал за собой крик бегущего солдата:

— Лейтенант погиб... Кто-то гранату выронил! Взмахнул и задел за бруствер! Лейтенант схватил ее и хотел выбросить из траншеи. И сам поскользнулся. Люди были рядом — он лег грудью...

Лейтенант Дворников лежал под березой. Кто-то склонился над ним, надеясь уловить дыхание. Кто-то сказал с горькой печалью в голосе: «Когда бы не лейтенант, наверное, нас полроты не стало бы».

Вспыхнула, как звезда, лейтенантская жизнь. Вспыхнула, но не погасла. Смерть бесправна над теми, кто совершает подвиг, проявляет в трудный час несравненную нравственную и ратную красоту...

Закрываешь книгу Владимира Осинина, чувствуя, что стал сильнее, что в твою жизнь вошли новые друзья — герои ее. Разумеется, можно найти в романе и повести недостатки художественного плана. Жаль, что почти нет портретных черт Хлебникова и Шорникова, есть стилистические огрехи, но не они определяют лицо новой работы военного писателя — интересной, злободневной, в которой огонь орудий сливается с огнем сердец.

Полковник А. Сгибнев
«Советский воин» №6 1977

***

Комментарии
Нет комментариев.
Добавить комментарий
Пожалуйста, авторизуйтесь для добавления комментария.
Реклама
Авторизация
Логин

Пароль



Вы не зарегистрированы?
Нажмите здесь для регистрации.

Забыли пароль?
Запросите новый здесь.
Google

Последние комментарии
Новости
Ох уж эти игры - прямо...
Не - это все унылые иг...
Системные требования с...
Президент Турции Редже...
Что-то ни черта не нак...
Статьи
Разумеется, есть негод...
В коробочке лежат эти ...
Непонятно - что делает...
Да я думаю все это ска...
Хорошая игра - кто спо...
Фотогалерея
Вот тоже - большая час...
Вот такие напитки - пр...
Хорошо и стильно сдела...
И морды мерзкие у них!
Надо же - и это сохран...
Отдельные страницы
С днем рождения - наш ...
Уважаю - великий челов...
На окошке стоит родимы...
Ну, сейчас лекарства е...
Статья чистая антисове...
Счетчики

Яндекс.Метрика
14,080,281 уникальных посетителей