September 19 2021 06:53:55
Навигация
Последние статьи
· Проблемы революционн...
· Бой под Улус-Кертом ...
· Выключатель проходно...
· DEC DG1U 24VDC II - ...
· Когда и как нужно ле...
· Лучший термальный ис...
· Тройники и разветвит...
· Лучшие игры для Dend...
· РГК14 герконовое рел...
· Банка для круп - сде...
· BEKO MOC 20100 W - м...
· PHILIPS HR 2576/A об...
· OEG OSA-SH-212DM3 об...
· SONG CHUAN 855AP-1C-...
· ЭМЗ переключатель, СССР
Иерархия статей
Статьи » История России и СССР » Проблемы революционного рабочего движения
Проблемы революционного рабочего движения

Проблемы революционного рабочего движения

 

Более 80 лет прошло со времени Октябрьской революции. И вновь на повестку дня выходит организация революционного движения рабочего класса. Почему же все-таки попытка построения государства диктатуры пролетариата потерпела неудачу? Почему ни одна из нынешних "коммунистических партий" - осколков прежней КПСС - не пользуется поддержкой рабочего класса? Какие выводы необходимо сделать из 70 летней истории советского государства, чтобы в будущем избежать повторения реставрации капитализма?

 

Этим вопросам и посвящена настоящая работа

 

Прежде всего, посмотрим, какие настроения господствуют в нашем обществе. Как свидетельствуют результаты социологических опросов, передаваемые средствами массовой информации (более достоверными сведениями мы, увы, не располагаем) приблизительно 25% населения высказываются за восстановление социализма в любом виде, даже в том, который существовал у нас в стране при КПСС. В основном это люди старшего возраста, верящие в возможность восстановления старых брежневских порядков. Причем, восстановления быстрого и бескровного. Именно этот контингент людей голосует на выборах за КПРФ Зюганова. Около 10% населения России за продолжение "демократических реформ". Это люди, повысившие свое благосостояние за счет обнищания народных масс. Что же касается остальных 65%, то они высказываются за такое изменение существующих порядков, которое бы позволило повысить материальный достаток основной массы трудящихся. Многие из них сохраняют иллюзию того, что в условиях частной собственности можно создать иную "социально направленную экономику", эдакий "социально направленный" капитализм. Именно к этому контингенту людей относится большинство рабочих. Данная часть населения недовольна нынешними порядками, но и к "социализму", который они видели во времена КПСС, возвращаться не хочет.

 

В чем причина подобных настроений?

 

Очевидно, существовавшие при КПСС общественные отношения не устраивали большинство трудящихся. Причин тому много. Одна из наиболее важных причин - несправедливое распределение произведенных в стране предметов потребления. Денежная масса, выдаваемая населению в виде зарплаты, не была обеспечена выпуском соответствующего количества товаров, что при стабильных ценах неизбежно приводило к дефициту. В таких условиях распределение идет "сверху вниз". Наиболее дефицитные товары достаются высокопоставленным чиновникам, то, что осталось – распределяется среди начальства пониже и т.д. Оставшиеся после удовлетворения потребностей "начальников" товары поступают в магазины элитных городов (Москвы, Ленинграда и т.п.). А уж до провинции дойдет только тот товар, которого всем хватает.

 

Такая система полностью лишала работников всех уровней заинтересованности в развитии производительных сил.  Интерес был лишь сделать карьеру, перейти в более привилегированный клан. Высшие же руководители, в свою очередь, были заинтересованы не допускать в свой круг посторонних, передавать свои привилегии и должности по наследству.

 

При порядках, тормозящих развитие производительных сил, государство неизбежно должно было прийти к краху. Когда он стал неминуем, перед правящей верхушкой встала задача: уйти от ответственности и сохранить свое привилегированное положение. Началась Перестройка. Вина за провал была целиком возложена на "социализм", благо его в тюрьму не посадишь, а руководство КПСС в процессе "приватизации", используя свои привилегии, быстро растащило бывшую государственную собственность по своим карманам. Полагаем, никому не надо напоминать, как это делалось.

 

Мы еще вернемся более подробно и к анализу просчетов КПСС и к последовательности капиталистического переворота. Сейчас же подчеркнем лишь одно: с тем "социализмом", который был при КПСС подавляющее большинство населения СССР рассталось без всякого сожаления. Однако, как всегда случалось в истории, когда переворот осуществляется не снизу, революционным путем, а сверху, по инициативе правящей элиты, положение народа не улучшилось. Если раньше его обирали за счет бюрократического распределения, то теперь - за счет высокого уровня цен и постоянной инфляции.

 

Итак, мы вновь оказались "у разбитого корыта". Вновь надо начинать революционную работу практически с нуля. Более того, в отличие от коммунистов начала века, нам придется еще и очищать от грязи такие понятия, как "партия", "социализм", "диктатура пролетариата", распутывать тот неимоверный клубок путаницы, который сплели вокруг марксизма теоретики КПСС и продолжают плести все ныне здравствующие так называемые "коммунистические лидеры", от Зюганова до Н.А. Андреевой.

 

Авторы настоящей работы не являются ни философами, ни экономистами, ни писателями. Мы отдаем себе отчет в том, что беремся за несвойственную нам, а возможно, и непосильную для нас задачу. Однако, длительное общение с деятелями самых разнообразных "коммунистических" и "рабочих" партий привело нас к убеждению, что ни один из них на деле не заинтересован в борьбе за власть рабочего класса. Вся их "деятельность" направлена на самовозвеличивание, на создание себе ореола "борцов-революционеров". Такая "революционная борьба" нисколько не опасна буржуазии. Своей "борьбой" нынешние компартии раскалывают рабочее движение и препятствуют созданию действительно пролетарской марксистско-ленинской партии. Этим они оказывают услугу буржуазии, и буржуазия оплачивает эту услугу, позволяя им существовать легально.

 

Следовательно, для создания революционной партии крайне необходимо разоблачить современных оппортунистов, проанализировать основные ошибки и просчеты КПСС и современные настроения трудящихся. Дать свои предложения по устройству рабочей партии в государстве диктатуры пролетариата и устройству самого государства.

 

Мы попытаемся если не ответить на назревшие вопросы рабочего движения, то хотя бы перечислить наиболее важные из них.

 

Что такое классовая борьба пролетариата? Каковы методы и цели этой борьбы?

 

Чтобы существовать, человечеству необходимо постоянно производить предметы потребления. Поэтому производственная деятельность является определяющей во всех сферах жизни общества. Все остальные виды человеческой деятельности оправданы постольку, поскольку способствуют прямо либо косвенно повышению производительности труда.

 

Рабочий класс является частью производительных сил. Любые их изменения немедленно отражаются на быте рабочего. При прогрессивных изменениях труд его становится менее напряженным, менее опасным и вредным и т.п., при реакционных - наоборот.

 

Развитие техники требует от рабочего повышения квалификации, более высокая квалификация приводит к более высокому заработку. Таким образом, любой рабочий на своем рабочем месте, требуя улучшения условий труда, автоматически требует роста производительности труда, что совпадает с интересами всего общества. Рабочий, в силу того, что он является частью производительных сил, всегда революционен, даже в том случае, когда он на словах придерживается своих "шкурных интересов". Борьба пролетариата, независимо от его воли, ведется для того, чтобы заменить устаревшее оборудование либо устаревшие производственные отношения более передовыми, обеспечить тем самым быстрейшее развитие производительных сил, а следовательно - рост благосостояния всего общества.

 

Следует отметить, что борьба рабочего класса отнюдь не заканчивается с совершением социалистической революции. Производственные отношения необходимо непрерывно совершенствовать по мере роста производительных сил. Поэтому борьба с отсталыми элементами производственных отношений будет продолжаться и в государстве диктатуры пролетариата. В какой-то форме такая борьба будет вестись и в коммунистическом обществе, когда самого рабочего класса уже не будет.

 

Что включает в себя борьба пролетариата?

 

Как известно, революционная борьба подразделяется на три составляющие: экономическую, политическую и теоретическую. Эти составляющие тесно переплетаются между собой, и, зачастую, нельзя четко определить, к какому виду борьбы относится та или иная деятельность.

 

Рассмотрим, что должен включать в себя каждый из указанных видов борьбы, и что мы реально имеем на сегодняшний день.

 

Экономическая борьба

 

Подобно тому, как стержнем общественной жизни является производственная деятельность, так стержнем революционной борьбы является экономическая борьба пролетариата за свое материальное благополучие.

 

Политическая и теоретическая борьба необходима для придания экономической борьбе большей организованности и эффективности, и будет востребована по мере развития экономической борьбы рабочего класса (если, конечно, будет чего востребовать). Мы предвидим, как возмущен будет догматик этим заявлением. Попытается сослаться на авторитет В.И. Ленина, боровшегося с "экономизмом" однако вчитайтесь в работу "Что делать?"! Она подтверждает высказанную нами мысль, доказывает лишь то, что без политической и теоретической, чисто экономическая борьба не приведет к изменению положения рабочего.

 

Существующие капиталистические производственные отношения тормозят развитие производительных сил. Поэтому при капитализме всегда существует социальная напряженность, недовольство существующими порядками различных слоев общества. Борьба против них (существующих порядков) ведется в условиях капиталистического общества, при господстве капиталистов. Разговаривать с ними (капиталистами) необходимо так, чтобы они были вынуждены слушать. Капиталиста интересует только прибыль, поэтому он прислушивается только к тому, кто способен повлиять на величину этой прибыли. Единственный язык понятный капиталистам это стачка либо угроза ее, перекрытие дорог, нефте и газопроводов и т.д. т.е. экономическая борьба. Но кто реально может вести экономическую борьбу против буржуазии? Разумеется, ее могут вести лишь те слои общества, которые своим трудом непосредственно создают благосостояние этой буржуазии, т.е. только рабочий класс. Только он обладает реальным оружием для борьбы против буржуазии. Поэтому те политические партии, которые не пользуются массовой поддержкой пролетариата, не способны вести экономическую, борьбу могут лишь бесплодно дискутировать о "высших материях".

 

Более того, в современных условиях, когда наше отечественное производство разрушается, когда объем выпуска продукции падает, лишь рабочие немногих отраслей могут рассчитывать на успех в такой форме борьбы как забастовка. Это в основном сырьедобывающие отрасли, а также транспорт. Рабочие остальных предприятий, и без того находящиеся под постоянной угрозой сокращения, вынуждены бездействовать.  А уж забастовки врачей, учителей и прочих служащих (если, конечно, они не поддержаны рабочими) нисколько не способны уменьшить толщину кошелька Черномырдина или Березовского.

 

Некоторые лидеры современного, с позволения сказать, "коммунистического" движения, в погоне за показателями своей "революционной работы" пытаются вызвать стачки искусственно. Так, например, небезызвестный В.И. Анпилов пытался поднять на забастовку рабочих московского завода "Серп и Молот" для чего нашел там несколько "боевых ребят" и организовал из них "стачком". Ничего хорошего из такой затеи, разумеется, не вышло. Идея проведения забастовки не встретила должной поддержки среди рабочих, а администрация, естественно, постаралась избавиться от "горе-стачкомовцев". В результате, наиболее активные люди попросту остались без средств к существованию. Вряд ли В.И. Анпилов рискнет, когда-либо впредь, появиться на указанном предприятии.

 

Чтобы иметь возможность общаться с рабочими, не опасаясь за свое здоровье, к забастовке можно призывать только при следующих условиях:

 

1. Есть очень большая вероятность успеха предлагаемой забастовки.
2. Если увольнения все же последуют, то есть возможность либо трудоустроить активистов, либо перевести их на работу профессиональных революционеров и содержать за счет партии.

 

В отсутствие этих условий необходимо поддерживать любую стихийно возникшую забастовку. Даже тогда, когда рабочие, по выражению товарищей из Самарского Стачкома, борются "за одну сволочь против другой".

 

Любая стачка годится для пропаганды необходимости политической борьбы. Надо понимать, что чисто экономическая борьба не способна улучшить материальное положение рабочего класса. Даже если рабочим какого-либо предприятия или отрасли и удастся добиться выплаты или повышения зарплаты, то очень скоро взлетят цены на местных рынках. И если бастовавшие и не полностью потеряют все свои завоевания от роста цен, то остальные трудящиеся с лихвой вернут буржуазии все, что та потеряла в результате забастовки.

 

Неудачи разрозненных выступлений рабочих быстро приводят их к необходимости объединения. Возникают профсоюзы, но как показывает исторический опыт, объединение на профсоюзной основе не дает желаемого результата. Один из ярких тому примеров - борьба шахтеров в Румынии.

 

Еще более ярко доказывает необходимость объединения рабочих всей страны другая практикуемая в настоящее время форма борьбы - захват предприятия рабочими и попытка организовать производство под рабочим контролем. Ведь успех или неуспех такого мероприятия целиком зависит от того, согласится ли администрация предприятий-смежников поставлять "мятежному" предприятию сырье и комплектующие, а предприятия-потребители покупать производимую продукцию.

 

Только партия, объединяющая все слои трудящихся (при лидерстве пролетариата), соединяющая с экономической борьбой борьбу политическую и теоретическую, способна одержать победу над диктатурой буржуазии.

 

Все это следует учитывать при освещении борьбы рабочих в печати. В современных "коммунистических" (вернее было бы сказать - догматических) газетах, как правило, сообщается лишь факт забастовки. В тех редких случаях, когда рабочим удается добиться хотя бы минимального успеха, сообщается о крупной (непременно "крупной") победе рабочих. Считается, что таким образом можно вдохновить на забастовку рабочих других предприятий.

 

На самом деле подобный ультрареволюционный "барабанный бой" наносит вред рабочему движению, т.к. к великой радости буржуазии создает иллюзию, что при существующем строе отдельными локальными выступлениями рабочие могут улучшить свое положение. (Недаром буржуазное законодательство разрешает локальные забастовки, запрещая забастовки солидарности)

 

Случается, что партия принимает какое-либо участие в успешно закончившейся забастовке. В таком случае партийная печать преподносит дело так, что успех получен исключительно благодаря их участию. А рабочие это так, простые исполнители. Не удивительно, что такие партии не получают авторитета у рабочих.

 

Необходимо показывать не только весь ход забастовки, но и то, как после нее буржуазия сводит на нет все завоевания рабочих, доказывать необходимость не только экономической, но и политической борьбы. При этом не стоит опасаться прекращения забастовочного движения. Человек не может не бороться за свое достоинство, за нормальную жизнь для себя и своей семьи.

 

Современные компартии, узнав от классиков марксизма о необходимости политической борьбы, но не умея ее организовать, пытаются любой ценой добиваться от рабочих включения в их требования чего-либо политического. Однако вопрос состоит в том, за что реально готовы бороться рабочие в данный момент. Формальное включение в требования забастовщиков какого-либо политического лозунга, с которым рабочие легко расстанутся, годится лишь для статистики догматиков. В определенной степени это даже развращает рабочих, создает у них иллюзию этакой легковесности политической борьбы, борьбы, нужной исключительно партиям в их желаниях прийти к власти, и совершенно бесполезной для рабочих. Демонстрируется различие в интересах политических партий и самих рабочих.

 

С другой стороны, такое требование, как "Зарплату вовремя и индексированную с учетом роста цен", на первый взгляд кажется чисто экономическим. Но т.к. требование полной индексации не может быть выполнено при существующем строе, невозможно без ликвидации власти буржуазии, то такие требования неизбежно становятся политическими.

 

Буржуазия пользуется инфляцией для уменьшения покупательной способности населения без возникновения социальной напряженности. Человеческую мысль нельзя остановить. Постоянно появляются новые идеи, более совершенные станки и технологии. То есть непрерывно возрастает производительность труда, что ведет к снижению себестоимости. Без насильственного вмешательства в естественный ход событий, цены обязаны постоянно снижаться. Во времена первоначального капитализма - капитализма свободной конкуренции так и было. В условиях монополистического капитализма монополии способны устанавливать цены искусственно. Что на самом деле и происходит во всем мире. Технический прогресс, этот результат труда человеческого общества, служит не всему обществу, а увеличению прибыли буржуазии. Внедряя более совершенные технологии, буржуазия не увеличивает выпуск готовых изделий, а сокращает количество занятых в производстве людей. Создание новейшего оборудования требует определенных затрат, и если при этом не расширяется производство – рост цен  неизбежен. Прямое повышение цен может привести к социальному взрыву. Чтобы не допустить такого поворота событий, осуществляется инфляция с учетом некоторого повышения заработной платы, но так чтобы доля доходов буржуазии увеличивалась.

 

Политическая борьба

 

Одно из направлений политической борьбы - освещение в печати и анализ опыта стачек и других акций протеста рабочих, мы уже рассмотрели. Другим важным направлением здесь является парламентская борьба. Какую пользу из такой борьбы может извлечь партия рабочего класса? Следует ли этой партии участвовать в буржуазных выборах?

 

Посмотрим, каковы условия для создания парламентской рабочей фракции в современной России.

 

Нижняя палата парламента, избираемая всенародным голосованием, практически бесправна. В этом нетрудно убедиться, заглянув в Конституцию. Государственная Дума может быть распущена президентом, если она не одобряет действия сформированного этим президентом правительства или не утверждает представленную им же кандидатуру премьер-министра. Законы, принимаемые Думой должны утверждаться опять же президентом. Конституционные законы (затрагивающие положения конституции) вообще не могут быть приняты нижней палатой. Таким образом, даже располагая большинством в Думе (что для рабочей фракции случай вообще фантастический) облегчить положение народа, мягко говоря, весьма затруднительно. Кроме того, так называемые "избирательные технологии" очень хорошо отработаны и надежно обеспечивают избрание того состава Думы, какой нужен действующему президенту и правительству. Победа на прошедших выборах наскоро сколоченного проправительственного блока "Единство" красноречиво доказывает это. Настораживает и избрание в Думу объединения Союз Правых Сил, с такими, казалось бы, дискредитировавшими себя лидерами, как Немцов и Кириенко.

 

Не столь важно, было ли это следствием прямой фальсификации или сделали свое дело СМИ. Ясно одно, попытка провести в Думу "своих" депутатов при помощи выборов бессмысленна и вредна для рабочей партии. Наиболее правильная позиция в данном случае - бойкот выборов. Во-первых, потому что процент пришедших на выборы труднее подделать, чем процент проголосовавших за ту или иную партию. Низкую активность избирателей труднее скрыть и от своих и, что не менее важно для властьпридержащих, от иностранных наблюдателей. Можно напомнить читателю, с каким вдохновением проправительственные каналы телевидения старались убедить страну в том, что власти как огня боятся голосования против всех. На самом деле власти боятся только бойкота, а как распределять голоса пришедших они решат вне зависимости от того, как голосует население. Во-вторых, сам факт участия в голосовании означает поддержку существующей Конституции, принятие буржуазных "правил игры".

 

Бойкот выборов не означает, что от них нужно отмахнуться, как делают это тт. Исаев и Котельников из Самарского Стачкома, заявляя, что все это "не наши игры". Значительная часть населения не рассталась еще с парламентскими иллюзиями и послушно идет на выборы. За эту часть населения необходимо бороться. Ей необходимо постоянно показывать всю лживость буржуазных выборов и буржуазной демократии. Бойкот означает активную пропаганду против самих выборов, против Конституции и существующего строя.

 

Сторонники участия в голосовании, из нынешних "коммунистических" партий, склонны ссылаться на опыт большевиков, участвовавших в выборах в царскую Думу, еще более бесправную, чем сегодняшняя. Здесь следует внести ясность. Зачем шли большевики в Государственную Думу?

 

При тех полицейских порядках, которые существовали в царской России, выборы в Думу и думская трибуна были практически единственным способом вести широкую легальную пропаганду. Сейчас же "коммунистическая" печать распространяется вполне легально и все разговоры об использовании "думской трибуны" лишь плохо прикрывают стремление партийных лидеров к мягким депутатским креслицам.

 

Большевики шли в Думу для того, чтобы развеять у рабочих надежду что-либо изменить через нее, лишить этот орган доверия рабочих масс, помочь массам избавиться от парламентских иллюзий. Это подразумевает по крайней мере два факта.

 

Во-первых, у значительной части рабочего класса такие иллюзии были.

Во-вторых, партия большевиков пользовалась у рабочих доверием, они считали депутатов-большевиков своими.

 

С тем, что первый из этих фактов имеет место и в настоящее время, мы спорить не будем. Что же касается второго, то следует заметить следующее. В IV Государственной Думе из 9 депутатов, избранных по рабочей курии, было 6 большевиков. (Состав Думы определялся при помощи выделения определенного числа мест для каждой курии. В этом случае фальсификация выборов не требуется, и ее действительно не было.) А нынешние "компартии" при всеобщих равных выборах набирают кто два, а кто и десятые доли процента. Таким образом, поддержка рабочего класса у этих "партий" существует лишь в больном воображении их лидеров.

 

Третье направление политической борьбы есть критика действий современной власти. Формально этим занимаются практически все течения современной политической палитры общества. Но именно формально, голословно утверждается ошибочность каких-либо действий, антинародность их. Нет анализа того, как данный конкретный шаг правительства препятствует развитию производительных сил в нашей стране и способствует развитию этих сил в передовых капиталистических странах. Как ценой развала собственной экономики укрепляется экономика стран большой семерки. И, что самое главное, нет анализа того, как частная собственность разрушает отечественную экономику в угоду транснациональным корпорациям запада, как отчуждаются средства от экономики на индустрию развлечений новоявленных нуворишей и т.д. Нет аргументированных выступлений, показывающих, как частная собственность тормозит развитие производительных сил.

 

Данную работу возможно проводить исключительно в периодической печати. Источником информации должны служить СМИ. Довольно часто политики, рассматривая какой-либо частный вопрос, волей неволей проговариваются. Большую ценность для нас представляют и выступления специалистов различных отраслей. Т.е. необходимо следить за буржуазными средствами массовой информации и постоянно "хватать за язык" буржуазных деятелей. В отдельной статье вряд ли можно достигнуть успеха, критикуя современный строй. Это упорная, кропотливая постоянная работа. Обязательно указывать источник информации и в том случае, когда источник откровенно буржуазный, проправительственный, можно достичь максимального успеха.

 

Наши "коммунистические" газеты полны "изобличающими антинародный режим" сенсациями, достоверность которых часто весьма сомнительна. Фактически подхватывается любая сплетня, так или иначе направленная против нынешнего правительства или восхваляющая соответствующую "партию". Так, по поводу прошедших выборов в Думу только ленивый "коммунистический" деятель не писал о фальсификации. При этом приводится великое множество "подлинных" результатов выборов. (Неизвестно, каким образом полученных). В анпиловской "Молнии" Вы можете прочитать, что Сталинский блок "на самом деле" набрал на выборах целых 10% голосов, в "Дуэли", - что за КПРФ проголосовало 37% избирателей и т.п. Язык, что называется, без костей. Бумага все стерпит.

 

Об "эффективности" проводимой "оппозиционными" газетами пропаганды можно судить хотя бы по тому, как быстро и резко выросла популярность В. Путина (преемника курса ельцинских реформ!). Причем, популярность не фиктивная, а реальная. Да и та легкость, с которой правящие круги добиваются необходимых им результатов выборов, красноречиво свидетельствует о полной беспомощности "коммунистической печати".

 

Конечно, издатели газет, в оправдание своей беспомощности, ссылаются и на отсутствие средств, и на малый тираж, и на сильное влияние "электронных СМИ" (радио и телевидение).  Однако на наш взгляд основная причина здесь в содержании самих газет, в том, что идеи, отстаиваемые их авторами не находят поддержки среди широких масс трудящихся. А часто и идей в этих газетах никаких нет, есть пустая, громкая, кричащая фраза.

 

Между прочим, газета "Правда" в Царской России издавалась вовсе не за счет каких-то мифических спонсоров-миллионеров, а за счет простых рабочих, считавших, что эта газета отстаивает их интересы, помогает им в борьбе за свои права. В доказательство того, что большевики - революционеры, а ликвидаторы - оппортунисты Ленин в своей работе "Социализм и война" приводит сравнительные данные о числе и сумме взносов рабочих на газеты "Правда" и "Луч" (газета ликвидаторов). За период с 1 января по 13 мая 1914 г. число взносов от рабочих групп у "правдистов" – 2873 взноса (18934 руб.), у ликвидаторов - 671 взнос (5296 руб.). Нетрудно убедиться, что средний взнос на "Правду" при таких цифрах – 6 руб., а на "Луч" - 8 руб. Т.е. ликвидаторов поддерживали более высокооплачиваемые рабочие, рабочая элита.

 

Какая из нынешних "оппозиционных" газет может похвастать, что пользуется у рабочих такой поддержкой?

 

Кстати, тираж "Правды" тех лет составлял всего 40 тыс. экземпляров ("Луча" - 15-16 тыс.). Так что если собрать воедино всю ту "коммунистическую" макулатуру, которая издается сейчас у нас в стране, то ее бы вполне хватило, чтобы при грамотной пропаганде оказывать серьезное влияние на настроение народных масс.

 

И, наконец, еще одной задачей политической борьбы для партии рабочего класса должна стать критика всех действующих ныне "коммунистических" и "рабочих" партий. Почему мы считаем эту работу необходимой?

 

Сейчас в нашей стране существует несколько десятков различных "партий" и "движений", называющих себя "коммунистическими" и "борющихся" (на словах, конечно) за власть рабочего класса. Такая раздробленность уже сама по себе не делает чести их лидерам, затрудняет борьбу. Большинство трудящихся понимает это. Появление еще одной партии, каким бы красивым ни было ее название и каким бы пролетарским ни было происхождение ее лидеров, не вызовет восторга у рабочих. Поэтому нужно показать им не только необходимость создания новой рабочей партии, но и непригодность существующих для борьбы с буржуазией. Анализ партийных программ, действий и выступлений лидеров, полемика с ними не только раскрывает подлинное лицо всех этих "борцов-революционеров", но и помогает четко изложить свою позицию самим критикам. И если эта позиция правильна, если рабочие сочтут идеи, отстаиваемые лидерами этого нового направления полезными для своей борьбы, то оно получит поддержку пролетариата, и тогда станет возможным создание подлинной рабочей партии, без кавычек. Широким массам трудящихся такая полемика поможет научиться разбираться, кто есть кто, выбирать вождей годных и игнорировать негодных. Только такая работа способна объединить тех активных представителей рабочего класса, которые все еще идут за Тюлькиными, Анпиловами, Андреевыми и т.п.

 

Следует, однако, учесть, что сами лидеры современных "компартий" абсолютно убеждены в собственной непогрешимости и не согласятся расстаться со своей ролью "вождей трудового народа" ни при каких обстоятельствах. Кроме того, у каждого из них имеется свой "хор полоумных бабушек", также не признающих никаких аргументов, никакой критики в адрес своего любимого "вождя". Задача здесь состоит в том, чтобы оторвать от этих псевдопартий всех думающих представителей нашего общества.

 

Изложим коротко свое отношение к существующим в России "коммунистическим" партиям. Прежде всего, остановимся на наиболее общих чертах, присущих в той или иной степени всем современным "компартиям" и "движениям".

 

Первое, что объединяет все эти "партии" и "партийки" - догматическое отношение к марксистско-ленинской теории. Вместо серьезного научного анализа современной политической и экономической ситуации нынешние "теоретики" пытаются проводить исторические аналогии и на основе цитат из произведений классиков марксизма сформировать рекомендации, как действовать коммунистам сегодня. Как правило, такие рекомендации не верны. Они и не могут быть верны, ибо каждая историческая ситуация уникальна и требует отдельного анализа. Для такого анализа и используются методы и законы марксизма-ленинизма. То есть нас должно интересовать не то, как поступал в той или иной ситуации, скажем, Ленин, а то, почему он в данной ситуации поступал так, а не иначе.

 

Наиболее характерным примером механического перенесения рекомендаций, данных когда-то классиком, на сегодняшний день является уже разобранный нами вопрос об участии или неучастии в выборах.

 

Фактически современные догматики отрицают необходимость дальнейшего развития марксизма-ленинизма как науки, превращают его в застывшую догму, религию. Классики марксизма, по их мнению, расписали им план действий на вечные времена, дали рекомендации на все случаи жизни. Не случайно в программе ВКПБ (Андреевой) красуется план построения коммунистического общества. А идеологи РКРП дошли до того, что списывают характеристику современного капитализма из программы РСДРП, принятой в 1903 году.

 

Догматизм современных лидеров "коммунистического движения" проявляется и в их отношении к такому понятию, как диктатура пролетариата. Цепляясь вслед буржуазным политологам за слово "диктатура", они представляют себе ее как страшную систему подавления одной части населения другой. Поэтому у тех лидеров, которые являются интеллигентами (а таких большинство, если не все), появляется непреодолимое желание обезопасить себя на этот счет, контрабандой протащить себя в пролетарии. Особенно отличается здесь ВКП(б) (Лапина), проповедующая теорию "пролетариев умственного труда".

 

Мы утверждали и продолжаем утверждать, что любое государство – это диктатура господствующего класса над всеми другими классами, что диктатура пролетариата - это такое устройство государства, которое обеспечивает более быстрое, чем при капитализме, развитие производства. Поэтому она (эта диктатура) более гуманна чем "буржуазная демократия" и выгодна всем трудящимся: и пролетариям и не пролетариям.

 

Другая характерная особенность, объединяющая все современные "коммунистические" организации, это взгляд на то, что такое партия пролетариата и как она должна быть устроена.

 

Партия - это союз единомышленников, каждый из которых обладает достаточными знаниями, твердо стоит на позициях пролетариата и готов отстаивать свои убеждения. Ни Ленин, ни Сталин никогда не мыслили себе партию, как нечто оторванное от рабочего класса.

 

"Надо себе сказать раз и навсегда, что мы признаем только организации, годами связанные с рабочими массами, уполномоченные солидными комитетами и т.п. и что мы клеймим, как обман рабочих, ту систему, при которой 1/2 дюжины интеллигентов, выпустив 2-3 номера газеты или журнала, объявляет себя "течением" и претендует на "равноправие" с партией." (В.И. Ленин Письмо ЦК РСДРП - Редакции "Нашего слова", 10 (23) марта 1915 г.)

 

Как видим, предки современных оппортунистов были куда скромнее. Они претендовали не на "партию", а лишь на "течение". Современные лидеры "коммунистического" движения действуют с более широким размахом. Не получая поддержки у сколько-нибудь значительного числа рабочих, они попросту создают партийную атрибутику: придумывают название, создают газету (центральный орган), принимают устав и программу, в которой непременно написано, что они - авангард рабочего класса, часть мирового коммунистического движения и т.п. Иногда в такую "партию" удается затащить и нескольких рабочих. И тогда ее лидеры могут пылать праведным гневом всякий раз, когда кто-либо посмеет утверждать, что они не партия рабочего класса. Однако не в числе рабочих, состоящих в партии, суть. Главное - руководит ли партия экономической борьбой рабочих,  т.к. только в этом случае у нее есть надежный контакт с рабочими, позволяющей ей (партии) доводить до сознания их (рабочих) необходимость вести не только экономическую, но и политическую борьбу и руководствоваться в этой борьбе марксистско-ленинской теорией.

 

Партиями, как известно, руководят вожди. Вождь - это человек, способный наиболее правильно оценить существующую в обществе обстановку и выдвинуть руководящую идею. Причем идеи эти он берет не "с потолка", а приходит к ним в результате тщательного анализа сложившейся ситуации, характера и соотношения классовых сил. Только та идея, которая назрела в обществе, способна овладеть массами, превратиться в материальную силу. Оценить идею легче, чем выдвинуть. Каждый член партии, опираясь на свои знания, может и должен критически осмыслить выдвинутую вождем идею. И на основании сделанных им самим выводов решить, стоит ли и дальше поддерживать этого вождя или необходимо принять меры для его замены.

 

"Критика - соединенная, конечно, с изгнанием вождей негодных и заменой их годными, - будет полезной и плодотворной революционной работой, воспитывающей одновременно и "вождей", чтобы они были достойны рабочего класса и трудящихся масс, - и массы, чтобы они научились разбираться правильно в политическом положении и понимать нередко очень сложные и запутанные задачи, которые из этого положения вытекают." (В.И. Ленин, "Детская болезнь "левизны" в коммунизме")

 

Таким образом, вождь подконтролен партии. И он остается вождем до тех пор, пока способен вести партию и рабочий класс к победе. А  что мы видим сейчас? Численность наших "компартий" уменьшается, народной поддержки как не было, так и  нет, а "коммунистические" газеты не устают славить "мудрую" политику своих вождей. И это неудивительно. Ведь по существу мы имеем дело не с партиями, а с мелкими группами, формируемыми на основе личной преданности тому или иному лидеру. Мало кто из рядовых "анпиловцев", например, способен объяснить, чем с идеологической точки зрения отличается их родная КПСС (Ленина-Сталина) от тюлькинской РКРП или андреевской ВКПБ. Ясно, что в каждой из таких групп действует полный диктат лидера. Лишь он один имеет право думать и принимать решения. Ни о какой смене "негодного" лидера в такой "партии" не может быть и речи.  Того же, кто не согласен с "мудрым вождем" и пытается отстаивать свои взгляды, ничего не стоит голословно объявить "оппортунистом", а то и "провокатором" и изгнать из партии. Но так как "партией" у нас сейчас может называть себя любая мелкая группа, способная выпускать какую-нибудь газету, то такой исключенный "оппортунист" попросту отходит чуть-чуть в сторонку и создает рядом свою "партию". Число партий, в названии которых присутствует "коммунистическая" или "рабочая" в нашей стране, достигает уже нескольких десятков и продолжает расти.

 

Если во времена Ленина и Сталина в партии возникали разногласия по тому или иному вопросу, то спорящим сторонам приходилось бороться за поддержку рядовых членов партии и рабочих масс. Эта поддержка и определяла в конечном итоге, кто прав, а кто нет. Так выкристаллизовывалась идеология партии. Сейчас же, вместо того, чтобы выяснить разногласия, несогласные друг с другом лидеры попросту расходятся в разные углы площади. Поэтому теоретическая подготовка современных рядовых "коммунистов" находится на крайне низком уровне.

 

Объединяет современные "компартии" и нежелание разбираться в причинах поражения социализма в СССР. Мы считаем этот вопрос ключевым для современного коммунистического движения. Не уяснив причин поражения, невозможно двигаться дальше. Бессмысленно призывать к борьбе за социализм, не указав, чем новый социализм будет отличаться от старого, потерпевшего крах.

 

Тем не менее, практически все партии стремятся побыстрее отмахнуться от этого чрезвычайно важного вопроса. Поражение социализма объясняют кто случайностью, кто действиями внешних врагов-империалистов, кто деятельностью врагов внутренних - ревизионистов. А то и просто пишут: "После контрреволюционного переворота, происшедшего у нас в стране…", - считая вопрос о причинах этого переворота давно решенным и совершенно неактуальным. При этом никому из наших "коммунистов" невдомек, что подобные объяснения лишь доказывают порочность такого строя как социализм, бессмысленность борьбы за него. В самом деле, глупо предполагать, что империалистические державы впредь не будут бороться против социалистического государства, и если им удалось так просто развалить его один раз, наверняка удастся и в другой. Если при социализме кучка "предателей" может легко пробраться к власти и развалить страну, и никто не в состоянии вовремя остановить этих "предателей", то такой строй наверняка обречен на поражение. Если социализм - это строй, при котором глава правительства отдает преступный приказ, направленный на развал экономики, и все как один с песнями и криками "ура!" бегут исполнять этот приказ, то борьба за такой строй не только бессмысленна, но и преступна. Вот и выходит, что те, кто объясняет поражение социализма исключительно действиями Хрущева, Горбачева и прочих "предателей", ревизионистов и "шпионов", по сути дела, помогают порочить саму идею борьбы за социализм.

 

На самом деле указанные болезни нашего комдвижения имеют общую основу. Неумение или нежелание современных "коммунистов" разобраться в марксизме приводит к неспособности получить поддержку рабочего класса. А безудержное обывательское желание почувствовать себя великим вождем, не подлежащим критике – к тому, что все события в истории объясняются исключительно деятельностью хорошего или плохого "вождя". Поэтому и все политические лидеры, как отечественные, так и иностранные (Ф. Кастро, Мао Цзедун, Ким Ир Сен, Пол Пот и др.) либо обожествляются, либо наоборот – мешаются с грязью. А серьезной марксистской оценки политики, проводимой под руководством этих лидеров как не было, так и нет. В ближайшем будущем мы посветим специальную статью одному из таких политиков: Ким Чен Иру, где покажем, что проповедуемые в КНДР идеи Чучхе, это скорее утопический социализм, призванный увековечить династию Кимов.

 

Попытка построения социалистического государства потерпела поражение не только в СССР, но и в других странах. И тому есть объективные причины. Существовали серьезные ошибки в устройстве партии и государства, прежде всего в СССР. Свой взгляд на эту проблему мы изложим несколько позже. А сейчас отметим, что единственную известную нам серьезную попытку критически осмыслить происшедшее в Советском Союзе, не прячась за чей-либо авторитет, сделал тов.Разлацкий из г. Самара. Его работы тем более интересны, что написаны в конце 70-х - начале 80-х годов, т.е. еще до официального развала СССР.

 

Наряду со сходством у нынешних коммунистических партий имеются и различия. В современном оппортунизме можно выделить три основных направления, по-разному препятствующих революционной борьбе пролетариата.

 

Первое направление представляют партии, отрицающие необходимость революции и ратующие за восстановление социализма мирным, "законным" путем, например, через Думу или при помощи президентских выборов. Здесь, прежде всего, следует упомянуть КПРФ Зюганова. Мы не будем подробно разбирать программные положения этой партии, не имеющие никакого отношения ни к марксизму, ни к рабочему движению. Нас интересует та роль, которую играет КПРФ в современном обществе.  Как известно, после августовских событий 1991 г. коммунистическая партия в нашей стране была запрещена. Но, несмотря на запрет, появились такие партии, как ВКПБ Андреевой и РКРП. Партии эти создавались снизу, и их деятельность не была подконтрольна правительству. Таким образом, политика запрета комдвижения не оправдала себя. И тогда была создана легальная, "законная" "коммунистическая партия", которой была возвращена часть бывшей собственности КПСС. В современной системе буржуазной демократии КПРФ выполняет две основные функции: обеспечивает явку избирателей на выборы и поддерживает иллюзию возможности быстро и "законно" восстановить социализм. Участие Зюганова в президентских выборах 1996 г. позволило собрать вокруг Ельцина всех тех, кто не желает возвращаться во времена брежневской КПСС. А у сторонников восстановления такого социализма создалось впечатление, что вот еще чуть-чуть, еще четыре года потерпеть, а там уж Зюганов точно победит. И тогда конец всем печалям! Через четыре года история повторилась: Зюганов успешно обеспечил законность избрания Путина. В Государственной Думе после 1995 г. фракция КПРФ неожиданно оказалась в большинстве и потому, дабы избежать конфликта с правительством, была вынуждена вести откровенно соглашательскую политику. Это грозило потерей авторитета "конструктивной оппозиции" в народе и возникновением настоящей оппозиции. Поэтому было решено в следующей думе выделить Зюганову порядка 25% мест. О чем Немцов еще в мае, за несколько месяцев до выборов, открыто заявил в Париже. Теперь, когда фракция КПРФ не располагает большинством голосов в Думе, она может смело вести "непримиримую борьбу" с "антинародным режимом", не опасаясь этому режиму навредить.

 

Другая разновидность этого направления – еще один способ борьбы за социализм в рамках существующего режима – предлагает нам программа РКРП. Трудовые коллективы создают на местах органы самоуправления – Советы и Стачкомы. Затем проводится всеобщая политическая стачка с требованиями "добровольной" отставки президента и правительства, а также самороспуска парламента. После чего власть переходит в руки Советов. (Если, конечно, господа правители согласятся "добровольно" выполнить справедливые требования забастовщиков. Если же не согласятся, то остается сидеть и плакать, ибо "высшей формой борьбы в рамках существующего режима является всероссийская политическая стачка", а форм борьбы вне этих рамок программа РКРП не предусматривает.) Короче говоря, "сольем забастовки в единый поток, чтоб сгинул проклятый мучитель"! Популярны подобные идеи и в рядах анпиловской КПСС (Ленина-Сталина). Просто поразительно, сколь высокого мнения о буржуазной демократии авторы подобных идей! Они считают, что буржуазная власть позволит им спокойно и мирно создавать какие-то параллельные властные структуры. Советы создаются рабочими в период революционного подъема, когда буржуазия не в силах их разогнать, когда у рабочих достаточно сил, чтобы защитить своих представителей. А к чему приведет попытка в нынешней ситуации при помощи партии искусственно создать на каком-либо предприятии Советы? Если эти Советы будут сильно мешаться существующей власти, то их просто разгонят. При этом наиболее активные рабочие попадут в тюрьмы, а то и просто будут убиты без суда и следствия, как О. Максаков. Наши "правители" неоднократно демонстрировали, как они обходятся с попыткой ограничить их власть (расстрел Дома Советов, разгон рабочих ЦБК, и т. д. и т. п.). При этом, конечно же, партийные руководители сделают из пострадавших рабочих героев, запишут попытку создания Советов себе в актив. Вот только вновь создать на том же предприятии Совет или Стачком будет куда труднее. Невольно возникает вопрос: что это, полное отсутствие ума или сознательная провокация? Возможен и другой вариант. Советы превратятся в бессмысленные и безопасные для существующей власти посиделки. Формально такой "орган рабочего самоуправления" будет существовать, и партия будет им гордиться, а на деле все опять же обернется дискредитацией идеи создания Советов среди рабочих.

 

Второе направление представляют растерявшиеся, озлобленные интеллигенты, не верящие ни в буржуазную демократию, ни в силы рабочего класса и потому ищущие выхода в мелких террористических акциях, создании "партизанских отрядов" и т.п. Сюда относятся такие "деятели", как Б. Гунько, П. Былевский и др. Довольно ясно их позицию высказал Павел Былевский в газете "Бумбараш" (№3 (53), 1999 г.) в статье с громким названием "О ленинском подходе к современному этапу развития мирового революционного прогресса". Вообще говоря, ленинский подход требует анализа современного капитализма, соотношения классовых сил, экономических предпосылок и т.п. Но по П.Былевскому ничего подобного делать не надо. Такой подход был применим, оказывается, в период "незрелых социалистических революций". Это тогда необходимо было вести длительную пропаганду среди масс и когда революционная идея охватит массы, только тогда и можно приступать к организации восстания. Но теперь, надо полагать, революции уже "созрели" и нужно только посильнее потрясти дерево, чтобы к ногам П.Былевского упали спелые плоды. Павел Былевский вырос из того детского возраста, в котором надо вести пропаганду. Достаточно иметь пару десятков "революционеров", чтобы в небольшой стране совершить социалистическую революцию. А уж крупные империалистические державы, разумеется, с уважением отнесутся к волеизъявлению маленького государства. Т.к. Россия слишком большая страна для двух десятков "революционеров", то нужно расколоть ее на мелкие "княжества". Естественно, каждый из кусочков бывшей России будет совершать свою революцию самостоятельно, при полном нейтралитете остальных "суверенных государств".

 

Для подтверждения своей теории сторонники этого направления ссылаются, например, на деятельность такого революционера, как Эрнесто (Че) Гевара, который, будто бы углубил марксизм-ленинизм, показав, что революционной ситуации можно не дожидаться, ее нужно создавать активными действиями мелкого "партизанского отряда". О том, что попытки Че Гевары "разжечь" революцию подобным образом в Боливии потерпели полный крах, принято умалчивать. Народ Боливии не оказал поддержку геваристам, и потому вооруженная борьба там не только закончилась гибелью партизанского отряда и самого Че Гевары, но и дала возможность боливийскому правительству расправиться с левыми оппозиционными партиями, в том числе и с теми, кто был против преждевременных вооруженных выступлений. Имена боливийских коммунистов, попавших тогда в тюрьмы, неизвестны широкой общественности, а Че Гевара, чьи безответственные действия привели к разгрому коммунистического движения в этой стране, да и во всей латинской Амкрике – герой.

 

Можно, конечно, сослаться на успешные действия партизанских отрядов под руководством Ф. Кастро и Че Гевары на Кубе. Но это лишь доказывает, что в этой стране народ был готов подняться на революцию. Кроме того, кубинская революция была объявлена социалистической только в 1961 г., через два года после победы. Весь период ее подготовки и проведения США не препятствовали борцам против Батисты. Экономика Кубы была полностью подчинена США, и поставить эту страну на колени они могли, просто отказавшись покупать у нее сахар. И только когда Куба стала переориентировать свою экономику на СССР, американские правители забеспокоились. В любом случае, без экономической и военной поддержки Советского Союза кубинская революция была бы обречена на поражение.

 

Другим теоретиком ультрареволюционеров является Мао Цзедун. Никого из них не смущает очевидный исторический факт полного краха маоизма. После нескольких лет кровавого правления маоистов - красных кхмеров востановлена монархия в Камбодже (Кампучии). Попытка маоистов совершить революцию в Индонезии, не считаясь с тем, что условия для таковой еще не созрели, привели к полному разгрому коммунистического движения. И до сих пор народные массы в Индонезии настроены откровенно антикоммунистически. Надолго маоисты вывели из мирового революционного движения такую крупную страну. И в самом Китае "коммунистическое" правительство успешно реставрирует капитализм.

 

Партия может призывать к вооруженному выступлению только тогда, когда есть уверенность в быстрой победе восстания. Любая война, в том числе гражданская, приносит беды населению. Восставшим нужна еда, нужна одежда. Все это они берут у населения. Какое-то время народ согласен их содержать, в надежде, что, взяв власть, они обеспечат лучшую жизнь. Но если партизанская война продолжается 20-30 лет без всякого результата, то к таким "партизанам" население неизбежно начинает относиться, как к обыкновенным грабителям. И как результат – полная дискредитация коммунистической идеи среди широких масс населения.

 

И, наконец, третье направление представляют рабочие, сознающие полное сползание современного коммунистического движения в "болото" оппортунизма и потому действующие самостоятельно.

 

Самым интересным из них, на наш взгляд, является Самарский стачком. В основном, пожалуй, потому, что у его истоков стоял думающий, тесно связанный с рабочими интеллигент А.Б. Разлацкий.

 

К сожалению, последователи А.Б. Разлацкого обожествили его. Здесь также присутствует догматический подход к литературному наследию теоретиков марксизма. Между тем, в работах А.Б. Разлацкого не все продумано и есть много противоречий, как с марксизмом, так и с самим собой. Мы не будем делать критического анализа его работ. Мы хотели бы отметить следующее обстоятельство: современные политические деятели только самого себя считают умными и, если идут на спор то только для того чтобы попытаться выиграть его, а не для того чтобы найти истину. Поэтому в работах А.Б. Разлацкого они обратят внимание только на ошибки, тем самым, выкинув все то ценное, что оставил нам А.Б. Разлацкий. На наш взгляд, для широкой публики необходимо подготовить избранные произведения А.Б. Разлацкого и в них сделать сокращения, убрать места, где есть теоретические ошибки.

 

Возврата к тому социализму, который у нас был нет, жизнь доказала его несостоятельность и только у самарцев есть предложения устройства социализма, принципиально отличающегося от доныне существовавших. Это, безусловно, преимущество перед всеми существующими политическими течениями, однако недостатки работ А.Б. Разлацкого сводят на нет данное преимущество. Почему во всех науках ученого ценят за те открытия, которые он сделал, опуская его ошибки? Только в политике человек должен быть ясновидящим. В результате такого подхода теряется индивидуальное творчество, появляется шаблон в действиях.

 

Рассмотрим для примера вопрос о лозунгах. Лозунги, как известно, выдвигаются потребностями жизни и служат некоторый период времени, длительный или короткий. Сам по себе лозунг-фраза, пустая фраза, если он не обоснован и, что самое главное не подкреплен действиями. Рассмотрим с данных позиций лозунги выдвигаемые самарцами.

 

"Рабочий класс – организуйся!" Этот лозунг звучит не только в Самаре, он звучит по всей стране. На площадях, в транспорте, да об этом твердят все, кто не причисляет себя к новым русским. Дело то в том, что то объединение, которое целиком зависит от рабочих, существует, рабочие в принципе очень организованный класс: стачкомы, профсоюзы и т. д. Нужно не простое объединение, а политическое, а оно уже зависит в основном от нас, политических деятелей, литераторов. Это мы так работаем, что все твердят об объединении, а его и в помине нет.

 

"Долой думы и президентов!" В условиях буржуазной республики совершенно бессмысленный лозунг. Что взамен? Похоже на этот вопрос отвечает следующий лозунг.

 

"Вся власть – стачкомам!" Любому здравомыслящему человеку ясно: стачкомы могут существовать только тогда, когда положение рабочих крайне тяжелое. Маломальское улучшение жизни - и стачкомы распадаются. Это мы видим в повседневной жизни. Наличие стачкомов говорит о крайне бедственном положении рабочих. Сохранить их после завоевания власти не удастся. Верхушка современных стачкомов возглавит государство, к ней перейдет все то, чем сейчас владеет буржуазия, а рабочий пойдет к станку. А дальше что? Все опять повторится сначала?

 

"Да здравствует революция!" По нашему мнению, постоянный призыв к революции - удел террористов. В настоящий момент нет революционной ситуации, в том числе и по причине отсутствия положительной модели социализма. Постоянная эксплуатация данного лозунга, обесценивает его. Такая громкая фразеология больше подходит Анпилову.

 

"Да здравствует диктатура пролетариата!" Кто только не говорит о диктатуре пролетариата! Вопрос только состоит в том, что понимается под этим термином. Ключевой вопрос современного революционного движения. Буржуазия и оппортунисты, в том числе и мелкобуржуазное течение в рабочем  движении (которое всегда имеет место), цепляются за формальное значение этого слова. Поэтому и спорят: кто будет командовать.

 

"Долой коммунистов и демократов!" Как видно из всего предыдущего текста, мы поддерживаем этот лозунг. Посмотрите какой "букет" имен стоит за словом "коммунист": Горбачев, Алиев, Шеварднадзе, Ельцин, Черномырдин, Примаков, Путин и т.д. список можно продолжить до бесконечности. Какие идеи отстаивают коммунисты от Анпилова до Зюганова? Диспут всегда переходит в плоскость: кто коммунист, а кто "коммунист", чтобы, наконец, уйти от этого, стоит сменить название. В конце концов, не в слове дело. Сторонникам смены названия необходимо договориться о том, что во всех своих последующих статьях и выступлениях слово "коммунист" будет употребляться исключительно в уничижительном смысле. Есть опасность оказаться в полной изоляции на некоторое время, тем не менее, начнем.

 

Смена названий и терминов не означает освобождения от полемики с другими политическими движениями. Не освобождает и от обязанности анализа ошибок советского периода. Только в полемике можно отделить себя от современных коммунистов. Только анализируя ошибки советского периода, можно прийти к понятию диктатура пролетариата, которое поддержат широкие слои населения.

 

Анализ пропагандируемых самарцами лозунгов показывает, что они (самарцы) все же ближе к профсоюзному движению, чем к политическому. Между тем, стачечное движение - это неотъемлемая часть буржуазной демократии. С его помощью, образно говоря, "выпускается пар" в кризисные периоды современного капитализма. До тех пор, пока это движение не начинает перерастать в политическое, оно не опасно для буржуазного строя. Буржуазия давно это поняла, поэтому в законах всех капиталистических государств разрешается забастовочное движение по определенным правилам, которые составили сами капиталисты. Как только появится реальная угроза перерастания профсоюзного движения в политическое, все эти легальные стачкомы познакомятся с деятельностью ФСБ. Придется убедиться в том, что порядки в современных лагерях гораздо хуже, чем во времена КГБ. Легальное положение говорит о беспомощности современного рабочего движения. Буржуазия отлично понимает, что опасно для нее, а что нет. До тех пор пока ни одна организация, ни одно движение не может реально угрожать буржуазии, не стоит опасаться преследований. Как только возникнет опасность появления партии пролетарского типа, партии по существу, а не по названию, буржуазная власть постарается "задушить" ее в зародыше.

 

Теоретическая борьба

 

Итак, для создания партии (как мы говорили несколько выше) необходим анализ ошибок советского периода и предложения новой модели государства диктатуры пролетариата. В дальнейшем тексте данной статьи мы изложим свои взгляды по этим вопросам.

 

Сделать подробный анализ просчетов и ошибок за время советской власти в одной статье, естественно, невозможно. Мы укажем на некоторые из них, с нашей субъективной точки зрения, наиболее значимые. Может быть, и не во всем мы будем правы. Может быть. В чем мы абсолютно уверены, так это в том, что без такого анализа не будет создана партия пролетарского типа, и ни о какой революции не может быть и речи.

 

В жизни человечества действуют объективные экономические законы. Действуют независимо от того, знают о них люди или нет, согласны они с ними или не согласны. В том случае, когда действия человечества не противоречат этим законам, происходит экономический рост, развитие производительных сил, в противном случае возможен застой или спад. В марксизме это называется законом соответствия производственных отношений и производительных сил. По мере развития производительных сил растет разделение труда и возникает необходимость планирования производства. Причем, чем более развито производство, тем выше роль планирования. Это объективное требование развития экономики. Господствующая при капитализме частная собственность на средства производства препятствует выполнению этого требования, что приводит к экономическим кризисам. Хотя и при капитализме осуществляется планирование, например, внутри корпорации. К сожалению, И.В. Сталин в своей работе "Экономические проблемы социализма в СССР" рассматривает закон планового развития экономики, как нечто, присущее только социализму, рожденное гениальностью классиков марксизма. Конечно, т.к. Сталин руководил социалистическим государством, в котором этот закон соблюдался, то такие его утверждения не могли нанести вреда экономике. Однако изобретением специфических для социализма законов создавалась почва для самовозвеличивания. А т. к. в тот период высказывания И.Сталина критике уже не подлежали, то их необходимо было просто зубрить. Марксизм из науки превращался в религию, а партия - в послушное орудие генсека.

 

Еще один чрезвычайно важный объективно действующий экономический закон это товарно-денежные отношения. В современном обществе товарно-денежные отношения выполняют три функции: обмена товарами, регулируют разделение труда и осуществляют распределение результатов труда. С помощью товарно-денежных отношений распределяются практически все потребительные стоимости, в том числе и станки и оборудование. От того, как будет осуществлено распределение, во многом зависит судьба экономики страны. Товарно-денежные отношения возникают на определенной стадии развития человечества, и будут действовать до тех пор, пока производительные силы слабы, пока необходимо осуществлять распределение произведенных продуктов. Их (товарно–денежные отношения) нельзя отменить никакими декретами. Национализация сама по себе не приводит к повышению производительности труда и не может, в силу этого, отменить необходимость распределения. Утверждение И.В. Сталина о том, что раз собственник один, то товарно-денежные отношения отсутствуют (См. "Экономические проблемы социализма") на наш взгляд не состоятельны. Мировую экономику определяют транснациональные корпорации, в каждой из них сотни, а то и тысячи дочерних фирм. Собственник один: головная фирма, а как обстоит дело с товарно-денежными отношениями? Что же и при монополистическом капитализме товарно-денежные отношения затухают?

 

Вопрос этот не простой. Во всяком случае, товарно-денежные отношения не действуют так свободно, как во времена свободной конкуренции. Это еще одно противоречие капитализма. Монопольное производство основных товаров, монопольная цена на них, гарантированные источники сырья и рынки сбыта. Но и при социализме то же самое. Где стимулы, подталкивающие производителей наращивать производство товаров, повышать их качество, стремиться к выпуску более новых товаров? Социалистическое сознание? В этом вопросе все целиком зависит от интеллигенции, рабочий производит ту продукцию, которая запущена в производство, на тех станках, которыми располагает предприятие. А насколько сознание было социалистическим у интеллигенции, мы видим в настоящее время.

 

Но при И.В. Сталине экономика стремительно развивалась. Такого быстрого развития ни одна капиталистическая страна не могла достичь даже на коротком промежутке времени, а во времена И.В. Сталина был стабильный подъем, прерванный только войной. В  чем дело? Чем отличалась сталинская экономика от последующих? Формальные государственные законы практически не изменились. Единственное отличие - это ежегодные снижения цен. Фактически тем же самым отличается домонополистический капитализм от монополистического. Конкурентная борьба заставляла капиталистов внедрять новую технику, снижать цены. Во времена свободной конкуренции покупательная способность широких слоев населения непрерывно росла (это и обеспечило его победу над феодализмом), тем самым расширялась емкость рынка. В данном случае нас не интересуют причины указанного явления (под давлением кризисов или по доброй воле капиталистов), нас интересует сам факт. Техническое развитие неминуемо приводит к разделению труда, к необходимости узкой специализации и массовому производству, что, в свою очередь, приводит к возникновению монополии. Но как только возникает монополия, устанавливаются монопольные цены. Развитие техники идет по направлению повышения производительности труда и, следовательно, снижения цены, но у монополии нет стимула их  снижать. В этом состоит основное противоречие капитализма. До тех пор пока растет покупательная способность населения, строй, в независимости от "-изма" прогрессивен.

 

Тем же самым путем должно идти развитие и при социализме. Усовершенствование техники, рост производительности труда приведут к необходимости специализации каждого предприятия, т.е. к фактической монополизации и т. д. как у капиталистов. Отличие заключается только в понимании объективных экономических законов руководителями социалистического государства.

 

Следовательно, снижение цен - это объективный экономический закон, не зависящий от воли людей и правительств. То правительство, которое с ним считается, имеет устойчиво развивающуюся экономику, в противном случае возможны кризисы, спады и застой. Значит, при И.В. Сталине делали правильно. Но как это преподносили в пропаганде? Снижение цен, по мнению И.В. Сталина, это первейшая задача партии. Т.е. не объективный закон, который необходимо выполнять, а добрая воля партии и его мудрого руководства. Вновь действия правильные, но преподносятся таким образом, чтобы возвысить себя.

 

Особое место было отведено сельскому хозяйству. Считалось, что колхозная  собственность отличается от государственной, и товарно-денежные отношения существуют исключительно между этими двумя формами собственности. Юридические законы это одно, а как было в жизни? "Рабоче-крестьянская правда" (11 номер за 2000 год), защищая И.В. Сталина, цитирует очевидца тех событий Шолохова: "В 1933 году враги народа из краевого руководства бывшего Азово-Черноморского края - под видом борьбы с саботажем в колхозах – лишили колхозников хлеба. Весь хлеб, в том числе и выданный авансом на трудодни, был изъят".  Об аналогичных действиях в то же время в Рязанской области писала и "Рязанская правда" в начале 90-х годов, причем один из председателей не подчинился и выдал на трудодень по 7 кг. хлеба, так он был снят с должности. Мы не разбираем в данной статье правомерность таких действий. Мы рассматриваем вопрос о собственности. Так кто же является собственником колхозник или чиновник? Что это за собственник, у которого совершенно другой собственник может отобрать все и даже сменить руководителя?

 

Чем, кроме названия, отличается колхозная собственность от государственной? Государство и там и там устанавливает цену готовой продукции, практически вся продукция забирается государством и т. д. Но все же есть различия. А состоит оно в том, что работа фабрик и заводов идет по плану, а в сельском хозяйстве многое зависит от капризов природы. Одни и те же люди работают ежегодно приблизительно одинаково, а результат  год от года отличается. В том то и дело, что товарно-денежные отношения между городом и деревней существовали точно такие как и в промышленности: плановая цена, которую можно только снижать. Но в социалистическом обществе появляются и свои, присущие социализму экономические законы. Равный труд должен быть оплачен одинаково, но на самом деле за неблагоприятные погодные условия расплачивается сельский труженик. Распределить произведенный продукт на все население может только цена, т.е. так как было бы на свободном рынке: высокий урожай низкая цена, плохой урожай – высокая. Товарно-денежные отношения с колхозами должны быть, но социалистические. Кстати, если бы существовали нормальные товарно-денежные отношения в 33 году, недостаток продовольствия распределился бы на все население, и, может быть удалось бы во многом избежать смерти от голода. Мы не считаем, что цену должен устанавливать свободный рынок, нет, цена должна рассчитываться по законам рынка, с обязательной частичной компенсацией за затраченный труд районам, пораженным недородом. Иначе будут страдать только районы, пораженные недородом, а при полной компенсации отсутствовать товарно-денежные отношения.

 

Особенно наглядно отсутствие научно обоснованных товарно-денежных отношений между городом и деревней показал послевоенный период. Точнее сказать, нарушение объективно существующего закона товарно-денежных отношений. Дело не в том признается этот закон или нет, а в соответствии при обмене товаров по реально вложенным трудовым затратам. Во время войны необходимость производить вооружение в как можно большем количестве при постоянной его модернизации, резко повысила производительность труда в промышленности. В деревне произошел прямо противоположный процесс. При товарно-денежных отношениях цена сельскохозяйственной продукции должна возрасти по отношению к промышленным товарам и услугам, но у нас цена устанавливалась не по законам рынка, а чиновником по каким то другим соображениям. Моральным, социальным и т. д., может быть они и существенны, но эти соображения не увеличивают количества сельскохозяйственной продукции, приходится распределять то, что есть. Никакого другого способа, кроме высокой цены, чтобы распределить на всех то, чего не хватает, человечество не придумало. Мы не за свободные цены, а за то, чтобы: во-первых всякий труд оплачивался, в том числе и труд пропавший из-за стихийного бедствия, во-вторых все должны знать о том, что мы живем в стране критического земледелия не только по сообщениям газет, но по собственному опыту. Беда, постигшая засушливые районы, должна быть бедой для всего населения страны и для московского рабочего, и для крестьянина благодатной Брестской низменности. Даже по сравнению с невысоким уровнем жизни города, деревня после войны жила в нищете. Проблему, безусловно, необходимо было решать. Сразу после войны можно было ссылаться на ее последствия, но время шло и положение становилось все острее и острее.

 

Последующие руководители не обладали тем чувством чрезвычайной ответственности перед народом, которым обладал И.В. Сталин, поэтому они и пошли на радикальное изменение хорошо налаженной экономики. Авторитарный способ управления экономикой стал очевиден. Выход, по нашему мнению, в правильно поставленных товарно-денежных отношениях, при условии общегосударственной собственности и отсутствия нетрудовых доходов. Не капиталистические товарно-денежные отношения, нацеленные на максимальную прибыль, а социалистические, нацеленные на максимальное производство товаров, пользующихся спросом у населения. Но вернемся к ошибкам советского периода.

 

Итак, после смерти И.В. Сталина, наиболее острая проблема это взаимоотношения между городом и деревней. Принципиально структура производства сельскохозяйственной продукции, существовавшая в нашей стране, прошла проверку временем и вполне оправдала себя. Однако во время войны резко возросла производительность труда в промышленности и снизилась в сельском хозяйстве. Необходимо было поставить соответствие между производимыми продуктами по их общественно необходимым трудовым затратам, т.е. сделать то, что сделали бы товарно-денежные отношения свободного рынка. Понятно, что сами товарно-денежные отношения ни чего не делают, их реализуют люди. В данном случае необходимо было просто повысить закупочные цены на сельскохозяйственную продукцию, и, не ломая отлаженной структуры государства, разрешить приобретать колхозам технику. В довоенный период этот запрет был обоснован, слишком мало производили техники в стране, но возросшие производительные силы в промышленности изменили ситуацию. При этих производительных силах такой запрет не верен. Руководители вместо грамотного применения товарно-денежных отношений попытались отменить их. Ликвидировали МТС, раздали технику. Именно раздали! Колхозы не имели средств купить ее. Поэтому технику раздавали в долг, но экономические законы можно нарушать исключительно за счет повышения себестоимости продукции, поэтому у колхозов и впоследствии не появились средства, для расчетов за полученную в долг технику. Долги сельскохозяйственных предприятий стали регулярно списывать. Колхозникам ввели гарантированную оплату, как в городе, за проделанную работу: вспаханный гектар, прополотый гектар и т.п. Колхозникам стало безразлично каков будет урожай. Ликвидация МТС "распылила" технику, она стала использоваться не в полную нагрузку, ухудшилось качество текущих ремонтов, увеличилась потребность в численности ремонтников, тем самым сократилась численность непосредственных производителей сельскохозяйственной продукции и т.д., и т.п. Вопрос решался так, как считал нужным руководитель, а не в соответствии с состоянием производительных сил.

 

Следующий вопрос, это вопрос концентрации производства. Что понимать под концентрацией производства? Теоретики "развитого социализма" это понятие отождествляли с численностью предприятия. Для наглядности ошибочности этого взгляда, приведем такой искусственный пример.

 

Существует два предприятия, занимающихся ремонтом и строительством дорог. Одно предприятие, численностью 150 человек, имеет на вооружении: бульдозеры, канавокопатели и др. технику. Другое, - численностью 5000 человек, состоит целиком из землекопов с лопатами и тачками. Оба предприятия выполняют одинаковый объем работы. Где концентрация производства выше?

 

Концентрация производства происходит в результате роста производительности труда. Рост производительности труда на различных участках производства отличается, в какой-то момент отдельные операции обгоняют настолько остальные, что их становится выгоднее выделить в отдельное производство, с тем, чтобы эта операция осуществлялась более массово, используя полностью высокопроизводительную технику. Этот процесс не зависит от постановлений партии и правительства. Совсем другое дело численность предприятия, ее можно заранее планировать. Что и делалось во времена "развитого" социализма. Возьмите любой завод постройки данного периода. Это обязательно завод – гигант, мирового значения. Скажем 2-й часовой завод города Москвы. Цехов в нем около 50, а занимаются часами не более 5. Здесь и различные ремонтные цеха, транспортный, тарный и т.д. На западе, в технически развитых странах, не так: все вспомогательные работы выполняются отдельными предприятиями. Где концентрация производства выше? Очевидно! Тем не менее, в коммунистической печати тех лет можно было довольно часто прочесть, что у нас концентрация производства выше, т.к. средняя численность предприятий, например в Москве, около 5000 человек, а в Бонне она составляет от 500 до 700 человек.

 

Может быть, такая концентрация капиталов прогрессивна? Более чем сомнительно. Каждый завод-гигант - это отдельное княжество. Вроде бы, он строит дома для своих сотрудников и у них из-за этого лучше жилищные условия. Ну а если все средства, затраченные на строительство жилья во всех ведомствах, были бы в одних руках, как меньше или больше было бы жилья в целом по стране? Насчет количества выигрыша может быть и не было бы, а вот качество жилья, безусловно, выиграло бы. Количество административно управленческого аппарата на одного рабочего, где выше? На загнивающем Западе или в "развитом" социалистическом обществе?

 

Но вернемся к заводам мирового масштаба. Крупный завод организует у себя индивидуальное производство тары, а как это сказывалось на производстве тары в целом по стране? Открывает столярный цех, а как это сказывается на деревообрабатывающей промышленности в целом по стране? Вопросы и вопросы. Все это распыляло производство. Уменьшало количество внешних связей предприятия. Получается что в то время, когда труд на Западе, в технически развитых странах, становился все более и более общественным, у нас, в "развитом" социалистическом обществе, труд становился все более и более сепаратным. Производственные отношения были построены так, чтобы препятствовать концентрации производства, под предлогом увеличения концентрации производства.

 

У нас волосы становятся дыбом от ужаса, когда мы подумаем о том гневе, который охватит догматика, когда он прочтет такое принижение социализма. Социализм, с его догматической точки зрения, можно только восхвалять, ни в коем случае никакой критики, а уж по сравнению с капитализмом и подавно. Каждый, кто осмелится указать на то, что у капиталистов что-то лучше, есть оппортунист, сознательный враг рабочего класса и даже агент империализма, сионизма и т.д. Мы придерживаемся иной точки зрения, считаем социализм тем строем, который не ставит сомнительных экспериментов на собственном народе, берет у капиталистов то, что у них лучше и отвергает капиталистические пороки. Считаем марксистом только того, кто ищет причины поражения социализма в экономических просчетах и оппортунистом, пособником буржуазии того, кто пытается объяснять причины поражения социализма субъективными причинами.

 

Придирчивый читатель немедленно обратит внимание на то обстоятельство, что производственные отношения создают люди и, следовательно, являются субъективным фактором. Верно. Но мы показываем, как субъективные действия высших руководителей приводят к вполне объективным экономическим проблемам и, в конце концов, полному поражению. Оппортунист рассуждает проще: такой-то руководитель, говорит он, действовал не правильно, потому что он шпион, враг народа или что-то еще в том же духе. Ну, а как будет действовать он сам, если произойдет великое чудо, и у него будет власть, это тайна, покрытая мраком.

 

Руководствуясь тем, что концентрацию производства определяет численность, работников на предприятии, а не реальное состояние производительных сил в данной отрасли, плюс амбиции руководителей сверхдержавы, строились новые заводы, как минимум европейского масштаба. Например, мясокомбинат в российской провинции в Европе. Вопрос о том, есть ли в данной местности свободные рабочие руки, вообще никогда не рассматривался. Мужик, по Салтыкову-Щедрину, везде есть. Сырье? Если потребуется, будем возить хоть из Владивостока или покупать за границей. Возможны ли такие решения при грамотно построенных товарно-денежных отношениях? Вряд ли! Несколько небольших мясоперерабатывающих предприятий, расположенных недалеко от источников сырья, предложат лучшие условия поставщикам, сумеют выпускать более качественную продукцию по более низким ценам, и этот сверхгигант лопнет как мыльный пузырь. Данная отрасль не доросла до монопольного производства, кроме того, производство мяса у нас всегда было не достаточным. Поэтому, чтобы не лишать полностью мясных продуктов целые районы, необходимо иметь мясокомбинаты исключительно местного значения.

 

Ох уж эти Соловьевы, опять они о колбасе! Нет, чтобы обсудить вопрос о государственном капитализме. Увы! По нашему мнению, колбаса интересует широкие массы населения, а вопрос о госкапитализме и госсоциализме интересует исключительно любителей наукообразной фразы, желающих показать какие они начитанные и образованные.

 

Ну, если уж очень надоела колбаса, поговорим об обуви. В конце 70-х годов на занятиях для пропагандистов в Москворецком райкоме г. Москвы был поднят вопрос о низком качестве отечественной обуви, и лектор заявил в ответ буквально следующее. "Мы знаем об этом. Но что же делать? Для модернизации обувной промышленности необходимы время и средства. А пока мы построили завод во Львове для сжигания нереализованной отечественной кожаной обуви"?! Следовательно, Госплан планирует производство обуви для сжигания ее на вновь построенном специально для этого предприятии, выделяя, естественно, для производства обуви, вполне доброкачественное сырье. Без рабочих нигде не обойтись, поэтому и выполняли весь этот круговорот рабочие. Можно быть абсолютно уверенным в том, что участники такого производства и их родственники в настоящий момент являются последовательными антикоммунистами. А что мешало при составлении Госплана в социалистическом государстве руководствоваться товарно-денежными отношениями. Трудности, которые достанутся и рабочим? Выходит, рабочие-посторонние люди. Хозяином на предприятии чувствует себя только тот человек, который целиком и полностью зависит от результатов деятельности предприятия. Под благовидным предлогом рабочих отстранили от управления страной, хотя везде писали о диктатуре пролетариата и называли рабочих хозяевами страны. Хорош хозяин, который получает одинаково при хорошей и плохой работе предприятия! Была бы разница, вряд ли рабочий мирился бы с такой ситуацией. И вообще, пусть сторонники прямо противоположных взглядов попробуют предложить решение вот этой конкретной проблемы. Ничего не выйдет. Выходит, плановое ведение хозяйства может дать отрицательный результат, если планы основаны не на реальной жизни, а на желаниях не очень грамотных и не очень ответственных руководителей.

 

Проблема противоестественно больших предприятий осталась нам в наследство от "развитого" социализма, существует она и сейчас. Ее придется решать. И задача эта довольно не простая.

 

Перейдем к следующему вопросу. Как утверждает марксизм, производство продукции типа "А" (средства производства) должна опережать в своем развитии производство продукции типа "Б" (предметы потребления). Еще один объективно действующий экономический закон, общий для любого строя.

 

Объективные экономические законы явно не устраивают "великих" вождей и, если нельзя, по каким-то причинам, их отрицать, то приходится на них "напустить туману". Что понимается под продукцией типа "А" в марксизме? Какова конечная цель производства продукции типа "А"? Кажется, ответ очевиден: производство оборудования для производства продукции типа "Б". И критерий для оценки правильности данного соотношения очевиден: растет производство продукции типа "Б", следовательно соотношение между "А" и "Б" правильное, нет – неправильное. Но ведь тогда любая кухарка сможет разбираться в таком сложном вопросе! А что делать высшему руководству великой державы? Поступили очень просто: конечная цель не имеет значения, главное соотношение средств, заложенных в госбюджете, между "А" и "Б". К продукции типа "А", при этом, отнесли все, что не относится к типу "Б". Расходы на оборону, капстроительство и т.д. Какое отношение имеют расходы на оборону к экономике государства? По нашему мнению всем здравомыслящим очевидно: расходы на оборону - дополнительная нагрузка на экономику страны. Всех надо кормить, обувать и одевать: и армию, и производителей вооружений, и научных работников, модернизирующих вооружения. Торговля оружием? Но это экспорт непроизводительной нагрузки на экономику союзных с нами стран. Вряд ли, по большому счету, такой экспорт на руку отечественной экономике.

 

Капстроительство. На данном вопросе придется немного задержаться

 

Принимая решение о строительстве нового предприятия, в расчет брали исключительно потребность в увеличении производства какой либо продукции. Но потребности потребностями. А если для этого возможности? У нас потребности были выше почти на любую продукцию, производимую в стране. Завод сам по себе работать не будет, следовательно, в стране должно быть достаточно для него свободных рук. Нужны дополнительные станки и оборудование, следовательно, производство продукции типа "А" к моменту ввода в действие нового предприятия должно увеличить производство соответствующих товаров, не оборонных и не капстроительства, а необходимых станков и оборудования. Свободные руки у нас действительно были, но где? В республиках отсталых, по сравнению с центральными областями, еще с царских времен.

 

Что происходило на практике? Производство станков и оборудования было недостаточно даже для действующих предприятий, они работали до своего полного физического износа, поэтому основной станочный парк страны составляли станки морально устаревшие. Более того, сознательно не запускали в производство новые модели отечественных станков, так как это связано с дополнительными трудностями, а станки даже устаревших моделей охотно разбираются. Конструкторы часто работали в "корзину", а не на производство. Покупка станков за границей давала скорее отрицательные результаты. Чиновники, от коих зависело купить станок за границей или произвести аналогичный у себя, были заинтересованы в первом, т.к. у них появлялась возможность за государственный счет съездить за границу. Станки Запад нам продавал исключительно устаревших моделей, способствуя тем самым, отставанию социалистического государства от капиталистических стран.

 

Новые предприятия строились там, где свободных рук не было. Чудес на свете не бывает, работают люди, а не заводы, поэтому ввод в действие нового предприятия не приводил в целом по стране к увеличению производства. Имеющиеся людские ресурсы перераспределялись, уменьшалась сменность производства, оголялась деревня. Затраты на содержание зданий, расходы на оборудование, численность администрации почти не зависят от того, работает ли завод в одну смену или в три, поэтому резко возрастали накладные расходы в целом по стране. Станки, которых и до этого не хватало, основную часть суток стали простаивать. В таких условиях, капстроительство следует относить не к продукции типа "А", а к разбазариванию государственных средств, к выбрасыванию народного достояния на свалку.

 

Кроме того, более быстрое развитие развитых районов, накаляло межнациональные отношения. Те, кто служил в армии в советское время, вспомните, где проходили службу представители среднеазиатских народов? За редким исключением в стройбате. Какое унижение для национальности! А во что был превращен, благодаря этому, стройбат? В неиссякаемый источник анекдотов. Подразделение, без которого армия обойтись не может.

 

Понятно, строить заводы в отсталых районах дело, связанное с дополнительными трудностями, и с немалыми. Недальновидная политика по пути наименьшего сопротивления более подходит метрополии, чем социалистическому государству. Это одна из причин развала Советского Союза.

 

Руководители всех уровней в стране к 50-годам, как это ни странно, уже не имели твердых убеждений и старались, используя потенциал страны повысить собственное благосостояние, а не производительность труда. Формы получения дополнительных благ сверх своей официальной зарплаты были различны. Например, на балансе всех крупных предприятий существовали различные домики охотника, рыбака, бани и т.д. Рыбаков и охотников в такие домики никто и не допускал. Это места развлечений высокопоставленных чиновников, в том числе и таких, в которых был уличен Скуратов. Все лесистые берега Волги усеяны подобными домиками. Однако, ничего нельзя сделать тайно, хотя бы потому, что все делают трудящиеся, а не чиновники. Жители ближайших поселков могут и сейчас рассказать, что происходило, а, скорее всего и происходит, в подобных заведениях. Неудивительно, что среди простого народа зрело и росло недовольство такой "советской властью".

 

Любое посещение предприятия каким-либо крупным чиновником или партийным работником заканчивалось посещением вышеупомянутого заведения и, если предприятие производило какой-либо ширпотреб, подарком от предприятия и за счет предприятия. Существовали и другие способы извлечения материальных благ из своего служебного положения. Их список можно продолжать и продолжать. В середине 80-х г. в правде было опубликовано, что около 1,5% населения СССР имеет сверхвклады на сберкнижке. Т.е. такие вклады, которые невозможно иметь за счет трудовых доходов. При Сталине сам этот факт был достаточный для судебного разбирательства. Не даром западные политологи на вопрос: "Почему в социалистических государствах нет мафии, а во всех остальных есть?" Отвечали: "Как это не парадоксально звучит, для возникновения мафии в социалистических государствах недостаточно свобод". Отсутствие таких свобод и есть, так называемые, сталинские репресии. Бытие определяет сознание. Видя, как пользуется государственной собственностью администрация, рабочие и крестьяне так же старались тащить в свой дом, все, что было можно утащить. Хуже всех жили те слои общества, которые не имели реальной возможности что то урвать сверх зарплаты. Как утверждает один из анекдотов, самое страшное проклятие: "Чтоб ты жил на одну зарплату!"

 

Вот именно, социализм это такая система, при которой все без исключения живут на одну зарплату. Распределение осуществляется при помощи зарплаты. Многочисленные лазейки, существовавшие в развитом социалистическом обществе, дающие возможность, некоторым членам нашего общества, получать что то сверх зарплаты, привели к необходимости смены строя. Верхи хотели смены строя, т.к. их действия нарушали формальные законы социалистического государства и, в случае огласки, могли привести к судебному разбирательству, кроме того, отсутствие частной собственности накладывало большие ограничения на размеры наживы. Нельзя в таких условиях поставить наживу на постоянную основу, узаконить ее. Низы знали о беззаконии верхов и, следовательно, так же хотели смены строя. Крах того "социализма", что был в СССР стал неизбежен. Все, что случается в истории - случается необходимо. Это азбука марксизма.

 

Как же следует организовать в следующий раз государство диктатуры пролетариата? Чтобы категорично ответить на какой-либо вопрос, его необходимо изучить; положительного опыта строительства коммунизма нет, поэтому можно лишь дать предложения, опираясь на теорию марксизма, с учетом того опыта, который мы получили во время советской власти и опыта развития мировой капиталистической системы. Однако к таким предложениям нельзя относиться как к чему-то раз и навсегда данному. Это эксперимент, строительство социализма всегда будет экспериментом, вплоть до полного построения коммунизма, но тогда экспериментом станет коммунизм. Абсолютной истиной в данном вопросе остается тот факт, что социализм - это такая общественно-политическая формация, при которой отсутствует частная собственность и, следовательно, буржуазия, сохраняется буржуазный способ распределения, по доходам. Но при социализме существуют только трудовые доходы, точнее не трудовые доходы противоправны и, получившие их, преследуются по закону.

 

Совершенной модели социализма никто и не сможет разработать, поэтому придется постоянно, критически относиться к своей деятельности, собирать все отрицательные явления в социалистическом обществе с тем, чтобы, по возможности, устранять их. Сделать правилом, необходимостью, чтобы каждый съезд партии, каждая сессия советов всех уровней занимались почти исключительно разбором недостатков, недоработок и т. д. В практике советских времен было все наоборот: органы управления собирались для того, чтобы коллективно заниматься самовосхвалением. Эталоном ответственного доклада считалось, когда докладчик "битый час" рассказывает о достижениях социализма в целом по стране, не зависимо от того, на каком уровне идет обсуждение (страна, область, район), лишь в конце доклада упоминается какой либо недостаток, от силы два – три. То, что удалось исправить, все наши достижения, это дело прошлое и воспринимается основной частью населения как что-то естественное, положенное, что должно так и быть. На самом деле от правящих организаций народ требует обсуждения вопросов исключительно в пределах компетенции данного органа, выявления общих для них проблем и плана разрешения этих проблем.

 

Посмотрите, какую пропаганду ведут современные СМИ, любую критику недостатков советского периода, они преподносят как борьбу против советского строя. Писатели, артисты эстрады, если они критиковали что-то в советское время, преподносятся как борцы против социализма. В этом отношении, современные левые политические движения полностью солидарны с буржуазными СМИ. Как же строить невиданное до сих пор общество? Одно из двух: либо критика недостатков является способом постепенного создания нового общества, либо существуют боги во плоти, способные предугадывать ход событий на столетия вперед. Не смущает оппортунистов и полное поражение социализма во всем мире: это, де, один Горбачев предал мировой социализм и в одиночку его уничтожил. Но ведь из этого следует как раз такой вывод: мало чего стоил такой социализм. И по этому вопросу современные коммунисты "дуют в ту же дуду, что и СМИ. Ясно что за строй, который может свергнуть один, хоть и самый важный, человек не имеет смысла бороться. Таким образом, наши современные коммунисты ведут очень тонкую антиреволюционную пропаганду!

 

Итак, мы делаем вывод: социализм может быть построен, и продолжать развиваться, исключительно на основе постоянной жесточайшей, но положительной критики. Т.е., освещение недостатков и пороков служит не для отрицания социалистического строя, а для того, чтобы их устранять, для усовершенствования этого строя. Помните о том, что идеала в принципе достичь невозможно, можно только к этому стремиться. Удастся убедить в этом основную часть населения - можно надеяться на новую социалистическую революцию. Не удастся – нет!

 

Борьба за социализм, в настоящее время, на деле, а не на словах, начинается с осознания того факта, что в устройстве советской системы были заложены пороки, которые сделали ее не жизнеспособной. Прежде чем ставить вопрос о восстановлении социализма, необходимо вскрыть эти порки и наметить способы их устранения. Мы заимствуем у тов. А.Б. Разлацкого некоторые выводы, но ставим их на материалистическую основу. Во всяком случае, мы считаем т. А.Б. Разлацкого теоретиком марксизма-ленинизма, несмотря на недостатки в его работах.

 

Один из его выводов состоит в том, что государство диктатуры пролетариата - есть государство с одной разрешенной партией: пролетарской. Органы государственной власти есть советы народных депутатов, формируемые на беспартийной основе. Мы не будем прибегать к цитатам, желающие их легко могут почерпнуть в достаточном количестве в работах: "Капитал" К. Маркса, "Государство и революция" В.И. Ленина, "Второй коммунистический манифест" А.Б. Разлацкого. На этих работах, в основном, базируются наши дальнейшие рассуждения.

 

Для того чтобы пролетариату организоваться в класс, ему необходимо приобрести социалистическое сознание. Самостоятельно этого сделать он не может, социалистическое сознание - это глубокие знания, которых у рабочих нет, их привносят в рабочий класс люди, глубоко изучившие марксизм – ленинизм и умеющие творчески его применять, исходя из сегодняшней, реальной политической обстановки, т.е. партия. В настоящее время на слово партия у многих выработалась стойкая аллергия. Ничего не скажешь, основание для такого отношения к любой политической партии безусловно есть, ибо современные "партии" более походят на клубы для развлечений, но без политической организации пролетариата что то изменить в обществе невозможно. Поэтому есть необходимость рассмотреть, как должна быть устроена партия (естественно в данной работе рассматривается только марксистско-ленинская партия пролетарского типа).

 

Партия - это союз единомышленников, в нашем случае союз людей, обладающих достаточными знаниями, и достаточными связями с пролетариатом, чтобы осуществлять его классовое самосознание. Люди могут происходить из любых сословий. Знания марксизма может приобрести как рабочий, так и интеллигент. Было бы желание. Но рабочий, приобретший знания, это уже бывший рабочий, даже в том случае, если он продолжает работать на своем рабочем месте. В не рабочее время, в быту он ведет пропаганду среди рабочих, ведет разъяснительную работу, часто сам того не осознавая. То есть, по сути своей, он является профессиональным революционером, даже тогда когда он формально не состоит ни в какой партии и, может быть сам не осознает своего революционного значения. Интеллигент легче приобретает знания, но кроме знаний необходимо живое ежедневное общение с рабочими, только тогда возможно понимать проблемы рабочего и управлять его сознанием, не навязывая, при этом, ему своего мнения. Необходимо, чтобы члены партии были своими среди рабочих, чтобы рабочие считали их естественной частью своего общества. У членов партии из рабочих здесь явное преимущество. Короче говоря, партия до тех пор определяет классовое сознание пролетариата, остается пролетарской, пока рабочие не отделяют себя от партии.

 

Марксизм это своеобразная наука. В человеческом обществе обстановка непрерывно меняется, поэтому марксистам необходимо постоянно приводить свои действия в соответствии с реальной обстановкой. Далеко не каждому такая задача по плечу. Поэтому партии необходимы постоянно работающие теоретики. Но ведь теоретик, это безусловно интеллигент, даже в том случае, когда он вышел из рабочих. Его задача не самому действовать, а определять действия других. Необходимо, наконец, всем понять абсолютно простую истину: интеллигент сам ничего не производит, без рабочего он нуль, а рабочий без интеллигента может выполнять только то, что он уже многократно делал. В одиночестве любой рабочий и любые коллективы рабочих не смогут обеспечить даже минимальный прогресс. Это справедливо для любого рода человеческой деятельности, в том числе и политической. Соотношение между численностью рабочих и интеллигентов должно быть гармоничным. Всякий индивидуализм разделяет людей, играет на руку буржуазии.

 

В каждом рабочем коллективе, да и не только в рабочем, существует свой неформальный лидер, с мнением которого считается весь коллектив. Он, опираясь на свой авторитет, без приказа и командования, но все же решает, как должна действовать в той или иной ситуации его группа рабочих. Этот авторитет возникает не на пустом месте, не просто так. Человек, тем или иным способом, приобрел знания законов существования человеческого общества, на основании которых он обсуждает возникающие перед его товарищами проблемы и дает им оценку, которую в дальнейшем подтверждает жизнь. И так раз за разом. В каждом коллективе есть такой микровождь. Вот эти микровожди и определяют, и всегда будут определять, классовое сознание пролетариата, за их умы и должна бороться инициативная группа, создающая партию. Но, даже при удачном исходе для инициаторов, не стоит торопиться распределять между собой должности в ЦК и политбюро. Эти микровожди могут с этим не согласиться. Они - естественная часть рабочего класса и, независимо ни от каких обстоятельств, будут всегда владеть умами основной его части. Очень может быть, что они создадут свою партию на основе разработанной идеологии, а к разработчикам будут обращаться время от времени в трудных ситуациях, как обращаются к специалистам в других отраслях человеческой деятельности. Может быть, что микровожди вовсе не пойдут в партию, но партия будет, все- таки, пролетарской, если подавляющее большинство местных авторитетов будут постоянно признавать партийную пропаганду справедливой (всех привлечь на свою сторону не удастся никогда и никакой партии).

 

А что собой представляет социалистическое государство, государство, которое принято в марксизме называть первой фазой коммунизма. Быт основной части населения целиком и полностью определяется производительными силами, а не тем "измом", который установлен в стране. Каков способ производства, насколько человек устает во время работы, что производится, что человек может приобрести за свой труд? Вот что определяет бытие основной части населения, а, следовательно, и его сознание. Но каково сознание основной части населения, не его передовой части, а абсолютного большинства, таковы и должны быть порядки в стране. Так как производительные силы на первой стадии коммунизма еще не достаточно развиты, и продукты труда (потребительные стоимости) необходимо распределять, то сохраняется и буржуазное право, то есть государство по сути своей остается буржуазным. Действительно, распределение во всем мире осуществляется по доходам, в социалистическом обществе по возможности исключительно по трудовым доходам, но все же по доходам. По доходам распределяются и продукты питания, что заведомо является несправедливым. Но производительность труда еще довольно низкая и не способна обеспечить все человеческие потребности. Но так было и так есть во всем мире. Поэтому это воспринимается как справедливость, но о какой справедливости можно говорить, например, относительно их детей? Чем дети высокооплачиваемых людей отличаются от низкооплачиваемых? Преимущества, как и во всем мире, получаются по наследству. Но таково сознание людей. Людей, вышедших из капиталистического общества, и поэтому, во многом, сохранивших капиталистическое сознание и живущих в капиталистическом окружении. Только так можно обеспечить заинтересованность людей в постоянном росте производительности труда, и повышении своей квалификации.

 

Распределение по доходам - это буржуазное право. И это буржуазное право необходимо защищать, защищать, в том числе и внутри государства. Таким образом, в Советском Союзе партия должна была выполнять две противоречивые функции: поддерживать социалистическое сознание рабочего класса и защищать буржуазное право государства, во главе которого и стояла партия. Это возможно только в том случае, когда в управлении участвуют на всех уровнях достаточно образованные, с точки зрения марксизма, и все без исключения очень честные люди. Приходится признать, что такая система - неосуществимая утопия.

 

Сознание масс определяется бытием, оно не может быть не только более передовым, чем бытие, более того, оно не может полностью отражать бытия. Сознание всегда отстает от бытия. Никакая пропаганда не способна изменить этот закон. Задача пропаганды пролетарской партии, в том числе и в социалистическом государстве, уменьшить разницу между бытием и сознанием, не более того. Можно установить в стране такие порядки, когда человек не посмеет говорить то, что думает, будет говорить то, что положено. Это и осуществлялось и осуществляется во всех современных социалистических государствах. О таких порядках мечтают лидеры нынешних компартий. Но на пользу ли такое положение дел социалистическому строю? Сомнительно!

 

Однако без социалистического сознания невозможно строить социализм, и оно есть у наиболее сознательной передовой части населения. В социалистическом государстве эта часть населения и должна руководить строительством социализма, и определять тематику пропаганды, а не та, которая должна быть передовой, в силу занимаемой должности. Если быт людей непрерывно улучшается, благосостояние растет, то и руководство пользуется доверием масс, и официальная пропаганда действует эффективно. А если нет? Тогда с трибуны человек говорит одно, а про себя думает другое. Между верхушкой государства и массами появляется отчуждение. Такой строй становится не надежным, а руководство, такой социалистической страны, следует отнести к наиболее отсталой, с социалистической точке зрения, части населения. Бытие определяет сознание любого слоя человеческого общества. Это справедливо и для верхних слоев государства. В Советском Союзе сложился особый клан людей: руководящие работники. Они сами, из своего круга, назначали руководителей всех уровней, как в государстве, так и на производстве. У них был свой быт, со своими неудовлетворенными потребностями. О положении простого народа они знали чисто теоретически. Естественно, все решения этот клан принимал, исходя из своего бытия, а не из бытия основной части населения. Для них не существовало распределения. Все что производилось в стране, для них было доступно без ограничений. Необходимость распределять существовала только для простого народа.

 

Раз существует необходимость распределять, то сохраняется несправедливость, вынужденная, обоснованная, но несправедливость. Но раз сохраняется несправедливость, то сохраняется и недовольство. Руководители должны постоянно знать, чем недовольны те или иные члены социалистического общества, более того, их деятельность должна быть направлена на устранение причин недовольства, а не на попытку "заткнуть рот" недовольным. Государство должно быть устроено так, чтобы руководитель мог сохранять свое руководящее положение, лишь тогда, когда его деятельность способствует устранению недостатков в стране. Вместе с тем нельзя позволять наличия антисоциалистической деятельности в стране. Сохранять доверие масс к руководству и пропаганде, одновременно поощряя открытое высказывание всех о том, чем в настоящий момент человек недоволен. Архитрудная задача! Так было и так будет. В том то и дело, что необходимо создать абсолютно устойчивую систему, которой никогда не было, следовательно, никто не может объяснить, как это сделать. Увы, ни Маркс, ни Ленин, ни кто-либо другой. Единственный путь: метод проб и ошибок, при постоянной жесточайшей критике со стороны широких слоев населения. В этом и состоит диктатура пролетариата.

 

Понятие диктатуры пролетариата чаще всего в наше время понимается в буквальном смысле этого слова: кто кем командует. Еще раз напоминаем читателям: для того чтобы жить, человеку необходимо потреблять, не потребляя, он не может существовать. Именно это обстоятельство осуществляет неотвратимую диктатуру. При той производительности труда, которую позволяют производительные силы современности, невозможно всех обеспечить всем необходимым. Произведенный продукт приходится делить. Не удовлетворяются элементарные физиологические потребности человека, при этом высшие сословия, у коих, естественно, повседневные нужды удовлетворены, желают перевести промышленность на производство предметов роскоши. Диктатура пролетариата направлена на производство в первую очередь предметов первой необходимости. Производство товаров для широких масс населения, а не элиты. На самом деле осуществляется диктатура рабочих мест. Вся интеллигенция, как техническая, так и гуманитарная работает так, чтобы обеспечить максимальную производительность труда на рабочих местах. Но и рабочие, работающие на этих рабочих местах, должны трудиться в полную силу. Рабочее место требует от всех полной отдачи, как от рабочего, так и работы по обеспечению рабочего места всем необходимым, и организации полноценного отдыха рабочего.

 

После революции партия, ее осуществившая, пришла к власти и слилась с ней. Естественно, между трудящимися с одной стороны и, особенно, верхушкой партии с другой стороны появилась дистанция, которая непрерывно увеличивалась, по мере естественной убыли революционеров, прошедших царские тюрьмы и ссылки. Партия стала высшим органом власти, а рабочий класс, лишившись своих организаторов, вернулся на чисто профсоюзный образ мышления. Это подтверждает контрреволюционный переворот, произошедший в нашей стране. Организованными оказались только администраторы, они и распределили между своими людьми национальное достояние Советского Союза. Рабочий класс оказался разобщен и не смог оказать сопротивления.

 

Рассмотрим теперь, как осуществляет свою диктатуру буржуазия в капиталистических государствах. Сами буржуа, как правило, напрямую не входят во власть, оставляя ее за политическими партиями, но большинство средств массовой информации находится в частной собственности, что позволяет буржуазии манипулировать общественным мнением. Можно создавать партии любой политической окраски с одним единственным ограничением: нельзя призывать к изменению строя, т.е. фактически обеспечено господство капиталистической идеологии. Аналогично следует поступить и пролетарской партии пришедшей к власти. СМИ оставить за собой, а формальную власть отдать Советам с аналогичным ограничением, нельзя менять строй и, для того чтобы обеспечить господство социалистической идеологии, запретить всякие партии, кроме партии пролетариата. Получается партия, вроде бы, не правящая, вся власть в руках Советов, но так как это единственная политическая организация в стране, то состав Советов зависит целиком от партии. Партия все же остается правящей, вот только использовать это обстоятельство, для извлечения материальных благ ей становится гораздо труднее.

 

После прихода к власти партия организует выборы во все уровни Советов при этом, руководители партии всех степеней, как действующие, так и бывшие, не имеют права выдвигаться в депутаты. Последующие выборы Советы проводят независимо от партии. Чем же должна заниматься партия? Формированием общественного мнения. Формально тематика пропаганды остается прежней, т. к. сохраняется государство и, следовательно, буржуазное право. Критика действий правительства, освещение фабричных безобразий (вряд ли они когда-нибудь полностью исчезнут) и других недостатков в повседневной жизни населения. Но имеется и специфика. Главное заключается в конечной цели государства диктатуры пролетариата: построение коммунистического общества. Последнее общество отличается от социализма такими развитыми производительными силами, при которых нет необходимости распределять продукты. Отсюда главная и единственная цель переходного периода состоит в обеспечении роста производительности труда и, как следствие, роста покупательной способности населения. Необходимо показывать динамику изменения покупательной способности, постоянно сравнивая ее с покупательной способностью населения самых передовых капиталистических стран. Рост покупательной способности населения в социалистическом государстве должен быть заметно более быстрым, чем в любой капиталистической стране.

 

На том, как необходимо распределять стоит остановиться подробнее. Производительные силы, как известно, однозначно определяют взаимоотношения между людьми, в том числе и характер распределения продуктов. Мы находились и, тем более, сейчас находимся, далеко не в первых рядах в мире по производительности труда, следовательно, и поэтому вопросу нам можно поучиться у капитализма. В мире сейчас сложилась общемировая капиталистическая система. При ней в любом государстве, в любом даже самом маленьком городке, есть полный набор необходимых продуктов и без особых очередей. Это единственное в чем превосходил капитализм, тот социализм, который мы пережили. Но этого оказалось достаточно, чтобы капитализм вышел победителем. Как говорят буржуазные политологи, распределение осуществляет рынок. Не будем впадать в фетишизм. Распределяет не рынок, а цена, которую люди установили на рынке. И размер зарплаты. Следовательно, на все время пока необходимо распределять, сохраняются товарно-денежные отношения. Экономисты должны научиться рассчитывать цену. Розничная цена устанавливается по соотношению предложения и спроса. Отклонение от цены необходимой при данной производительности труда, приведет либо к избытку продукта, при завышенной цене, либо к исчезновению его на прилавках малых городов и осуществлению распределения "по блату", что и было при нашей жизни в, так называемом, развитом социалистическом обществе. За что этот "социализм" и был свергнут. Низкая производительность труда, не выше капиталистической, предопределяет сохранение товарно-денежных и рыночных отношений. Да, да! Рыночных! Конечно, социалистический рынок сильно отличается от капиталистического рынка. Экономика при социализме носит плановый характер, но экономические расчеты при планировании производятся в соответствии с законами рынка. Любые отклонения, даже и из "благих побуждений" принесут только вред. Не может, например, килограмм хлеба стоить дешевле муки, необходимой для производства этого килограмма хлеба.

 

Задача планирования – обеспечить равномерный, стабильный рост производительности труда, а также обеспечить заинтересованность работников всех уровней в росте производительности труда.

 

Можно назвать данное явление хозрасчетом, но при этом помнить: мы находимся на уровне капиталистической производительности труда, на стадии монополистического капитализма. Перескочить в одночасье на более высокий уровень не представляется возможным. Никакие декреты не помогут, никакой марксизм не повысит производительности труда. Задача состоит в том, чтобы использовать все то положительное, что привнес капитализм в человеческую жизнь и убрать недостатки того же капитализма. То есть симитировать конкуренцию, одновременно развивая монополизацию, ликвидировать эксплуатацию человека человеком и безработицу. Как бы ни пыжились от своей значимости лидеры партий, мы находимся на более низком уровне развития, чем передовые капиталистические страны, поэтому нам придется повторить их путь развития. Правда, не стихийно, как они, а по плану и руководствуясь объективными экономическими законами.

 

Партия, находясь в оппозиции, должна следить за качеством распределения и немедленно реагировать гласно через СМИ, находящиеся в ее распоряжении. Допустим, цены установились, нет очередей, и во всех магазинах есть все необходимое. Но т. к. производительность еще находится на довольно низком уровне, не каждый сможет купить то, что ему необходимо (как во всем цивилизованном мире, если употреблять язык современных демократов). В дальнейшем цены должны непрерывно падать. Если этого не происходит, то правительство не справляется со своими обязанностями, его необходимо заменить. Партия может это инициировать, используя свое влияние среди рабочих и право рабочих на отзыв любых депутатов в любое время. Никаких сверхъестественных требований в этом нет, для этого и существуют НИИ, КБ, проектные организации. В таком же положении находятся выше упомянутые организации и при капитализме. Отличие состоит только в том, что от них требуется постоянно увеличивать прибыль, в противном случае их не будут финансировать. У нас, в СССР, была гораздо более мягкая позиция по сравнению с этим демократическим Западом.

 

В данном случае, "власть имущие" превращаются в простых служащих. Они ничего произвольно не могут менять, не рискуя быть отправленными в отставку. Вряд ли такое положение устроит всех чиновников, некоторые постараются тем или иным способом подкупить функционеров партии, обеспечив, тем самым себе поблажку. Поэтому рабочему классу придется следить не только за своими депутатами, но и за партией. Отсюда возникает необходимость в усилении роли рабочих в формировании и деятельности партии.

 

Мы считаем необходимым предоставить право на формирование партийной ячейки исключительно предприятиям, на которых большинство работающих являются рабочие основного производства. Все члены партии должны состоять на учете в одной из таких ячеек. Рабочие данных предприятий могут формально и не входить в состав партии, но, тем не мение, беспартийные рабочие пользуются всеми правами членов партии, кроме права быть избранными в руководящие органы партии. Очевидно, приписанных членов партии должно быть значительно меньше, чем численность местных рабочих, а в составе партийной ячейки должны быть рабочие работающие на данном предприятии.

 

Какова роль рабочих в предлагаемой схеме? Рабочий должен следить за тем, чтобы партия не сливалась с государством, оставалась частью рабочего класса, жила внутри рабочего класса. Партия ничего не должна получать от государства, полностью обходиться своими средствами. По поводу самого государства у рабочего имеется критерий: растет его (рабочего) покупательная способность - государство справляется со своими обязанностями, в противном случае - нет. Более того, весь быт рабочего неразрывно связан с состоянием производительных сил. При их развитии увеличивается производительность труда рабочего, улучшаются условия труда, труд становится более сложным и интересным, растет культурный уровень рабочего. Таким образом, рабочий, борясь за свои жизненные, повседневные интересы, фактически борется за развитие производства. Рассчитывать на постоянную, высокую политическую активность рабочих невозможно. Бороться же за свои повседневные нужды люди будут всегда. Поэтому жизнеспособной будет только такая система, при которой рабочие смогут добиваться удовлетворения своих требований, не прибегая к забастовкам, восстаниям и т.п. Только в этом случае возможно обеспечить непрерывное развитие производительных сил.

 

Ход истории невозможно повернуть вспять. Пороки капитализма препятствуют дальнейшему развитию производительных сил, и потому будущее человечества за социализмом. Неудавшаяся попытка его построения лишь прибавляет нам опыта. Наша задача – использовать этот опыт, как использовали опыт Парижской Коммуны классики марксизма.

 

 

Соловьев Б.С., Соловьев С.Б.
(ноябрь 1999г. - апрель 2001г.)

Комментарии
Нет комментариев.
Добавить комментарий
Пожалуйста, авторизуйтесь для добавления комментария.
Реклама
Авторизация
Логин

Пароль



Вы не зарегистрированы?
Нажмите здесь для регистрации.

Забыли пароль?
Запросите новый здесь.
Google

Последние комментарии
Новости
Какая глупость - жечь ...
Где-то читал, что Соко...
[b]Морковкин:[/b] В...
[b]Vip-Tip:[/b] Доц...
[b][big]Кстати, насчет...
Статьи
Золотишко есть...
Кабы знать... :) Да...
А что за кончик пружин...
S-Video на видеокартах...
Увы, нечем делать фото...
Фотогалерея
Вот здесь я начал выкл...
Я думаю это не украинц...
Печальное зрелище... д...
Lexa-SU не уподобляйте...
А еще были ништяк - бл...
Отдельные страницы
Немного поправлю: [...
В 80-е годы мой дядя в...
Прямо дохнуло стариной...
Идеализация фашистов и...
В 7 дейс есть интересн...
Счетчики


Яндекс.Метрика
8,999,904 уникальных посетителей