Обстоятельства пожара на пассажирском теплоходе "Приамурье"
Прислано Pretich February 15 2016 02:14:58

Обстоятельства пожара на пассажирском теплоходе "Приамурье" (СССР) в японском порту Осака, 18.05.1988

 

 

Дежурная служба Министерства морского флота 18 мая 1988 г. получила сообщение из Дальневосточного пароходства:

«В 1 ч. 34 мин. по местному времени в японском порту Осака произошел пожар на советском пассажирском теплоходе «Приамурье» Дальневосточного морского пароходства. По предположениям возгорание произошло в одной из пассажирских кают, и вскоре пожар перекинулся на другие помещения...». В тот же день эта информация, а также освещение последующих событий в Осаке появились на страницах газет с разными подробностями, порой противоречивыми.

В Министерстве морского флота была создана комиссия под председательством заместителя министра О. Савина. Ей надлежало расследовать обстоятельства и причины пожара. Комиссия сразу же выехала во Владивосток. Начала свое расследование и Прокуратура СССР.

 

Главная государственная морская инспекция Минморфлота считает необходимым проинформировать морскую общественность о результатах расследования пожара на теплоходе «Приамурье» и рассмотрении этих результатов коллегией министерства.

Как явствует из материалов расследования, 7 мая 1988 г. теплоход «Приамурье» под командованием капитана А. Ерастова снялся из порта Владивосток в круизный рейс по маршруту Отару — Токио — Осака — Хиросима — Нагасаки — Канадзава — Владидивосток, организованный Бюро международного молодежного туризма «Спутник», На судне было 295 туристов — советских граждан и 129 членов экипажа.

 

Сразу же после выхода из порта Владивосток пассажиров ознакомили по судовой трансляционной сети с правилами поведения и противопожарным режимом на судне. 8 мая в 10.00 был проведен сбор пассажиров, на котором их проинформировали о действиях по судовым тревогам, использовании коллективных и индивидуальных спасательных средств, о путях эвакуации и требованиях пожарной безопасности на судах Министерства морского флота. Это было обычное мероприятие: пассажиров знакомили с правилами поведения на судне, являющемся транспортным средством повышенной опасности. Кроме того, до сведения пассажиров было доведено, что в соответствии с Международной конвенцией по охране человеческой жизни на море судно оборудовано всем необходимым. Поэтому от них требовалось только соблюдать установленный порядок, а в случае необходимости благоразумно действовать в соответствии с правилами.

 

Теплоход «Приамурье» прибыл в порт Осака 17 мая в 7.15 и ошвартовался к причалу центрального пирса. В 20.00 на 12-часовую стояночную вахту заступили четвертый помощник капитана и третий механик. К 21.00 все посторонние покинули борт судна. В музыкальном салоне проводилась дискотека.

 

18 мая с 00 ч. 00 мин. на вахту заступили также помощник капитана по пожарной части, матрос у трапа, пожарный матрос, дежурная бортпроводница и на вахту в машинном отделении — два моториста I класса. Вахтенный помощник капитана и пожарный матрос делали регулярные обходы по судну.

Как было установлено комиссией по соответствующим записям и расчетам, а также по показаниям свидетелей, в 01 ч. 25 мин., когда пожарный матрос, совершая обход, находился в отсеке кают 340—348, ничто не предвещало беды. С 01 ч. 35 мин. начался отсчет времени, каждая минута которого до 12.00 была тщательно выверена комиссией.

 

Вот о чем говорят факты. В 01.35 по судну прозвучала тревога колоколами громкого боя, а на пожаро-извещательном табло загорелась лампочка извещателя № 62. Она сигнализировала о пожаре в отсеке кают 3 класса (340—348).

 

Помощник капитана по пожарной части С. Воронин сразу же побежал по трапу, ведущему в блок кают 3 класса. Внизу по коридору к трапу бежал навстречу пассажир. Он кричал, что горит каюта № 346. Пожарный помощник быстро вернулся в администраторскую и по микрофону объявил: «Пожарная тревога. Пожар в каюте № 346. Аварийным партиям приступить к тушению пожара».

В это же время из траповых ниш, ведущих в каюты 3 класса, повалил едкий черный дым, который быстро заполнял вестибюль музыкального салона. Когда пожарный помощник заканчивал объявление, он увидел языки пламени. Дым и пламя быстро распространялись.

 

По тревоге начали выводить пассажиров на берег, герметизировать судовые помещения и локализовывать пожар. К сожалению, из-за стремительного распространения огня эти операции были проведены частично. Экипаж пожаром был разделен на две не связанные друг с другом группы: одна в носу, другая в корме.

 

Эвакуация пассажиров проводилась в разных местах: по установленной экипажем с кормы сходне было выведено 132 человек, по парадному трапу сошли 2 человека, по специально поданным с бака тросам спустились 53 человека, через иллюминаторы на причал вылезли 36 человек, и в воду с использованием индивидуальных спасательных средств было сброшено членами экипажа 22 человека. С воды плавающих подбирал японский катер. На причал с борта судна (высота около 2 м) спрыгнули 39 пассажиров, некоторые из них получили травмы.

 

Действия экипажа в значительной степени затруднялись тем, что очаг пожара находился в средней части судна. Для борьбы с пожаром было задействовано 7 пожарных шлангов. В задымленных помещениях члены экипажа работали в костюмах с изолирующими аппаратами (всего работало 7 человек), В 01.50 в результате воздействия огня были повреждены кабельные трассы, идущие на мостик, в том числе и кабели управления электродвигателями пожарных насосов, поэтому подача воды в пожарную магистраль прекратилась.

 

В период с 01.50 по 01.55 основная часть пассажиров была эвакуирована. В 01.55 к борту судна прибыли японские пожарные машины и катера, которые сразу включились в тушение пожара. В 02.00 по требованию японских пожарных экипаж судна сошел с борта, за исключением тех, кто в костюмах с изолирующими аппаратами продолжал поиск пассажиров и тушение пожара. Проведенной проверкой установили отсутствие 11 пассажиров, проживающих в отсеке кают 337—348. Однако члены экипажа не смогли проникнуть в этот отсек из-за интенсивного горения.

 

В 08.00 основной очаг пожара был локализован, а в 10.30 пожар полностью ликвидировали. К 12.00 обнаружили тела 11 погибших пассажиров.

В результате пожара выгорели каюты 3 класса №№ 340—348, каюты 1 класса правого борта №№ 101—133 и левого — №№ 102—112, музыкальный салон, каюты комсостава, расположенные на шлюпочной палубе, ходовой мостик и коридоры.

 

Комиссия установила, что причиной пожара явилось использование пассажирами в каюте № 346 личного электрокипятильника. Его оставили включенным в судовую электросеть без контроля, т. е. были нарушены установленные на судне правила пожарной безопасности, о которых пассажиров предупреждали с самого начала рейса.

 

Быстрое распространение пожара по судну, по заключению комиссии, произошло из-за задержки начала действий экипажа по локализации пожара и герметизации судовых помещений после объявления тревоги, из-за оставления пассажирами открытой двери в горящей каюте и наличия вблизи очага пожара (в каюте N9 346) горгочеактивных веществ, принадлежащих пассажирам.

 

Вместе с тем комиссия установила, что был упущен начальный момент возгорания: вахтенная служба не обнаружила признаков возгорания в закрытой каюте № 346 до срабатывания системы пожарной сигнализации, хотя пожарный матрос, совершая обход, в 01.25 (за 10 мин. до тревоги) был в отсеке кают 340—348 и не почувствовал запаха гари.

Кроме того, после объявления пожарной тревоги старший помощник капитана и старший механик отреагировали на сигнал тревоги с задержкой, что особенно отразилось на начальном, очень важном для локализации пожара периоде. Старший механик и электромеханик не предприняли мер к тому, чтобы из машинного отделения руководить борьбой с пожаром и обеспечивать надежную работу механизмов, прежде всего пожарных насосов. Вахтенная служба не сумела своевременно вызвать японскую береговую пожарную службу.

 

В работе пассажирской службы выявлен формализм в части повседневного контроля за соблюдением пассажирами правил пожарной безопасности, в частности за использованием нештатных электрических приборов. На судне не добились того, чтобы информация о действиях пассажиров при пожаре была доведена до каждого из них. Комиссия отметила недостатки и в работе руководства и ответственных работников Дальневосточного пароходства.

 

В период работы во Владивостоке комиссия проанализировала материалы проведенного опроса членов экипажа, провела собеседования с пассажирами и руководителями их групп, изучила выписки из судовых журналов, схемы и эскизы, судовую техническую документацию, просмотрела имеющиеся видеофильмы, снятые японскими гражданами в период пожара, ознакомилась с судовыми конструкциями, механизмами, оборудованием, противопожарными средствами и снабжением. Члены комиссии внимательно изучили расположение судовых помещений и пути эвакуации пассажиров на однотипных судах — теплоходах «Байкал», «Хабаровск» и «Мария Ульянова».

 

Результаты проведенной комиссией работы тщательно обсуждались в Дальневосточном пароходстве и на коллегии министерства морского флота.

Приказом министра капитан теплохода «Приамурье» А. Ерастов освобожден от должности капитана и лишен диплома капитана дальнего плавания сроком на 1 год в соответствии с п. 16 (ж) Устава о дисциплине работников морского флота.

 

В целях предотвращения подобных случаев в дальнейшем приказом министра определены широкие организационные меры, особенно в части профессиональной подготовки и тренировки экипажей пассажирских судов, а также технические меры относительно конструктивных изменений, регулирования и автоматического закрытия противопожарных дверей, изменения схем дистанционного пуска пожарных насосов и ряд других. Даны соответствующие поручения Регистру СССР, Главсудомеху, Главкадрам, Главфлоту, ЦНИИ морского флота и Госморинспекции.

 

Предписано всем начальникам пароходств пересмотреть на пассажирских судах организацию и инструктаж пассажиров об их действиях по тревогам, доводить до каждого из них информацию о правилах безопасности, средствах сигнализации и тушения пожара, путях эвакуации из кают, отсеков и зон судна и другое. Предусмотрено дооборудование судов бойлерами, снабжение термосами для круглосуточного обеспечения пассажиров кипятком. Ужесточены требования в части подготовки пожарной вахты, увеличения норм снабжения пассажирских судов противопожарным оборудованием. Предусмотрена замена изолирующих приборов КИП на дыхательные аппараты АСВ, снабжение пожарных партий УКВ радиостанциями для обеспечения связью в судовых помещениях.

 

Материалы по случаю пожара на теплоходе «Приамурье» переданы во Владивостокскую транспортную прокуратуру.

В своем приказе министр морского флота отметил, что администрацией судна, службами пароходства еще не в полной мере обеспечено выполнение требований Устава службы на судах ММФ, приказов министра «О мерах по предупреждению аварийности на флоте» и «Об аварии на теплоходе «Туркмения» и мерах по обеспечению пожарной безопасности на судах», а также требований Наставления по борьбе за живучесть судна.

 

Несмотря на то что экипаж теплохода «Приамурье» действовал в основном самоотверженно, отдельные упущения, отмеченные комиссией по конкретным лицам судового экипажа, особенно в начальный период пожара, не способствовали своевременной локализации огня и обеспечению положительных результатов борьбы с огнем для спасения оставшихся в отсеке кают 337—346 пассажиров.

 

Начальником Дальневосточного пароходства освобождены от занимаемых должностей и понижены в должности старший помощник капитана, старший механик, помощник капитана по пожарной части и помощник капитана по пассажирской части. Предупреждены о неполном служебном соответствии четвертый помощник капитана и электромеханик. Наказаны в дисциплинарном порядке руководители пассажирской судовой службы, а также работники служб пароходства, в том числе начальник управления пассажирского флота Ю. Шлыков и заместитель начальника пароходства по безопасности мореплавания О. Парфентьев.

Контроль за исполнением требований приказа министра возложен на Госморинспекцию, Главсудомех, Главфлот и Главкадры.

 

 

МОРСКОЙ ФЛОТ, 1988 г

 

***